Дотянуться до секвой

Мы должны были бы сильно устать и спать без задних ног.

[Джамиля]: Все именно так и было.

[Лена]: А чего тогда вскочили ни свет ни заря?

[Джамиля]: Я же говорю, что системы организма находятся в некотором диссонансе. С одной стороны, за сутки бодрствования в мозгу накопилась большая концентрация аденозина. Так наше тело понимает, что ему срочно нужно прилечь и хорошенько выспаться. Но как только в комнату попадают первые лучи солнечного света, сразу начинается выработка мелатонина, и организм просыпается, потому что по его внутренним часам никакого сна и быть не должно.

[Арина]: Когда я проснулась, солнца еще не было. Восход был чуть позже шести.

[Джамиля]: А уличные фонари?

[Лена]: О-о, фонари здесь очень яркие! Я когда проснулась, подумала, что уже часов девять. А оказалось, что это просто уличное освещение такое.

[Джамиля]: Искусственный свет тоже приводит к выработке мелатонина.

[Лилия]: Я ночью просыпалась пару раз, и фонари за окном ни разу не выключались. Как же мы тогда спали?

[Джамиля]: Потому что концентрация аденозина, то есть, усталость мозга, была слишком большой. Но как только организм получил жизненно-необходимую порцию сна, он сразу же проснулся из-за наличия светового триггера, пусть даже слабого, так как согласно нашему циркадному ритму мы должны были бы ужинать…

[Лена]: Теперь я поняла, почему моя первая мысль после пробуждения сразу была о еде…

[Ярослава]: По какому поводу сбор?

[Джамиля]: Да ни по какому… Просто из-за перелета у всех сильный джетлаг, и все рано проснулись…

[Ярослава]: Да, я тоже рано подскочила, но в этом даже был небольшой плюс.

[Лена]: Слушайте, а во сколько здесь завтрак подают?

[Ника]: Если ничего не путаю, то с семи утра…

[Лена]: О-о! Так это уже скоро…

[Джамиля]: Пока все не убежали на завтрак, можно мне взять переходник? Мне надо свой телефон на зарядку поставить.

[Ярослава]: Да, мы свои зарядили… Сейчас, принесу…

06:55

[Лена]: Так, и что у нас здесь подают на завтрак?

[Лилия]: На первый взгляд, там все просто.