Штрихи к портретам. Поэтические зарисовки

Гумилев

Гумилев учился плохо,

А стихи писать любил,

Ни какой-нибудь «пройдоха» —

В кавалерии служил!

Отличился он в атаках,

Был не в меру храбр в боях,

Два «Георгия» в солдатах

Заслужил, презревши страх.

С Дмитриевой, предположим,

Ранее имел роман,

Ей же ближе был Волошин

Только – Максимилиан,

Автор тех мистификаций,

На которые мастак,

Что редактор аж Маковский

В них поверил, как чудак,

И влюбился в Черубину,

Миловидную графиню,

Что в редакцию не шла:

Все какие-то дела.

То она в Париж уедет,

То болезнь визит сорвет,

Стих пришлет в большом конверте,

Позвонит за сотни верст.

Очень знатная «испанка»,

Гонорар не нужен ей,

Особняк ее, однако,

Сердцу кажется милей.

Не нужна «принцессе» слава,

Ведь нисколько не тщеславна,

«Метит» в монастырь уйти

И готова уж почти.

Косы в золоте «принцессы»,

А зеленые глаза

Так прекрасны в поэтессе —

Образ светлый подсказал.

Но пришло разоблаченье,

Дмитриевой псевдоним

Не имел уже значенья.

Новый образ создадим

Романтический в журнале

«Аполлон», но погоди,

Чем закончились, узнали

Той истории ходы?

Два приятеля стрелялись

Из-за пламенной любви,

Но, как подвиг от реляций,

Был ли след тогда в крови?

Все газеты облетели

Обстоятельства дуэли.

У Волошина мотив

Был, пощечину влепив

Гумилеву, тот в горячке

Вызов сделал к Черной речке,

Чем бесстрашье подтвердил,

Что носил в своей груди.

У Волошина осечку

Дважды пистолет давал.

Гумилев смотрел на речку,

В воздух, собственно, стрелял,

Ранее, еще в Трувиле,

Он топиться пожелал,

Но его там протрезвили,

Поломавши дерзкий план.

С полицейского участка,

Как бродяга, уходил,

С голодом стыкался часто

Иностранный господин.

Анна Горенко отныне

Истерзала дерзкий нрав,

Так поэт несчастный сгинет,

Смерть «правдиво» разыграв

С отравленьем, но попытка

Жизнь оставить – велика,

Лес Булонский кроны низко,

Как поклоны, опускал,

Где во рву глубоком тело

Без сознания нашли,

Вид убитого имело.

Кто ж так мерзостно шалил?

Сердце дрогнуло у Анны,

И к десятому году

Взяты были «бастионы»,

Что к венчанию ведут.

Но любовь была недолгой,

В восемнадцатом году

Каждый шел своей дорогой

У поэтов на виду.

Что причиною развода

Послужило? – Ряд измен

С переменой жизни хода,

В них поэт всегда не смел.