Облака по небу проплывали…

    Январь 2006

Все четыре стоптаны стороны,

А над старой могилою вороны.

В чем душа только темная держится,

А они все смеются да тешатся.

Скоро крест уж с землею сравняется,

А они все над ним потешаются.

Да с бессовестных требовать нечего,

Своенравные, вольные, вечные.

Служат песней они надмогильною,

Чью-то душу тревожат бессильную,

Чью-то жизнь, и пожить не успевшую,

прикрывает земля отсыревшая,

И никто не зайдет в эту сторону,

где беснуются черные вороны.

    Февраль 2006

Боль проходит, но надорванным нервом

обостряются чувства и страхи.

Боль проходит ни последней, ни первой,

и тенистые крылья в размахе

накрывают бесплодную землю,

что немало смертей повидала.

Боль пройдет ни последней, ни первой,

чтобы все начиналось сначала.

    Июль 2006

Четырехугольником серых стен

давит жизненный приговор.

Не предвестником перемен

зарешеченных окон узор.

И за каждым сидит лицо,

Нет, скорее, подобье лиц,

у которых на сердце свинцом

тень священников и убийц.

По другую сторону свет,

Но приникших к железным прутам

так манит упоительный бред

предаваться безумным мечтам.

И в погоне за горсткой лжи,

лжи во благо или во вред,

полагают, что могут жить.

Только небо для них в просвет.

    Июль 2006

Земля надорвалась от злости

и больше не дышит покоем.

Лежат перебитые кости,

покрытые горькою солью.

О сталь обжигаются слезы

бессилия, гнева и страха.

Под давящим гнетом угрозы

мир в горечи тает как сахар.

И сладкая лужица блага

ничтожна в сравнении с морем,

живущим всей дикостью ада

и всей человеческой болью.

    Июль 2006

Босоногое мое счастье,

Убегаешь, я за тобою.

За тобою не успевая,

остаюсь за твоей спиною.

И опять между нами воздух

звонким смехом твоим наполнен.

А по мне, лучше смех, чем слезы,

Ты заплачешь, мне будет больно.

Так вот я и живу, скитаясь

по лесам и степным дорогам

за своим беззаботным счастьем,

и поэтому босоногим.

    Сентябрь 2006

Аллеи сумрачного одиночества гуляя вдоль,

И соглашаешься, и пререкаешься с самим собой.

Когда все бренное и приходящее оставим там,

Чем мы согреемся и что останется в итоге нам?

Все возвращается, и время верное придет потом

Тех, кому верили и с кем делились мы своим теплом.

И нам самим же выбирать теперь, что будет там,

Чем мы согреемся и что останется в итоге нам.