Новогодний миг

– Капитан что-то узнал? – спросила она.

– Нет, пока ничего неизвестно.

– Тогда зачем он приезжал?

– Уточнить некоторые детали. Карина, мы пойдем сегодня в кафе, ты не передумала, – сказал я и взял ее руку. – Ты прости меня, я, наверное, делаю все неправильно, но я не могу плакать по Рингелю, и, несмотря ни на что, мне жаль, что он погиб. Я хочу, чтобы ты любил меня так, словно ничего не произошло, – сказала Карина и сжала мою руку.

Кара-Даг, пещера, исчезновение Рингеля – все это померкло в один миг после слов Карины, я сильно захотел любить ее.

Я быстро собрал наши вещи, и мы, не одеваясь, ушли с пляжа. Войдя в дом, я кинул рюкзак, а Карина свою сумку, она быстро освободилась от купальника и ногой стянула мои плавки. Ее страсть с головой захлестнула меня, и мы, задыхаясь, начали целоваться.

– Подожди, выпей воды.

Мы попили воды, и Карина, уложив меня на кровать, стала ласкать мое горячее тело, ее поцелуи довели меня до высшего напряжения, я снова испытал то самое блаженство, которое произошло в первый раз нашей любви.

Перевернув Карину на спину, я утонул в ее нежной плоти, которая каждой клеточкой взывала к любви. Мы очень долго любили друг друга и в какой-то миг я сильно захотел, чтобы Карина родила мне сына. Она словно почувствовала это и не выпустила меня, вот так сила жизни побеждает все печальные события и уносит нас к новым берегам. Я лежал на груди у Карины и гладил ее горячее бедро, страсть еще бурлила в моей груди, и я чувствовал, что люблю ее все сильней и сильней.

Вечером мы пошли в кафе. Карина надела синее облегающее платье и синие туфли на высоком каблуке, в волосы она вплела синюю ленту. Мы заказали шашлык из семги, красное вино и корзину с фруктами. Я поднял бокал и сказал:

– Где бы он сейчас ни находился, пусть он обретет покой.

– Ты хорошо сказал.

Мы выпили, и Карина поцеловала меня. Ее взгляд был полон любви и надежды на новую жизнь.

– Ты хочешь, чтобы я родила тебе сына?

– Да, я этого хочу, и еще хочу, чтобы ты стала моей женой, единственной и любимой.

– Я согласна и готова стать для тебя единственной и любимой, меня никто никогда так не любил.

Мы поцеловались, и я смахнул слезу, бегущую по щеке Карины.

Карина вновь возвращалась к жизни, и это было счастьем для нас обоих. Обнявшись, мы вернулись в наш дом. Последнее, что я запомнил, это поцелуи Карины и ее рука на моем лице, потом я провалился в сон.

Было два часа ночи.