Осколки разбитой кружки

Она то и дело тыкала пальцем в его грудь, возмущалась по поводу его долгого отсутствия, тут же рассказывала, какую программу подготовила для его дальнейшего изучения музыки, и что-то говорила, говорила, говорила.

– Ян, привет, – с улыбкой махнул Аран. Кристи носилась вокруг стойки, на время перебегала к столикам или музыкантам, тут же возвращалась, чтобы снова встряхнуть Арана своей непринужденной болтовней. Аран снова посмотрел на бармена и усмехнулся:

– Вот это я понимаю: выговориться. Мы все очень мелко мыслим.

Ян солидарно усмехнулся, но ради собственной безопасности предпочел увлечься своими бокалами.

Здесь было хорошо. Как дома. Сделав глубокий успокаивающий вздох, он снова улыбнулся: «Я дома».

Скоро музыканты присоединились к Арану за стойку, где Ян уже выставил четыре чашки для чая, с которым он сейчас возился.

– О, рад видеть снова! Арни, кажется? – заметил его Серж.

– Привет! – улыбнулся он. – Почти. Аран.

– А, точно! Не обессудь, память плохая на имена. Не так часто тебя можно тут в девять видеть, а!

– Ха, я даже три последних нотки застал у вас! Красиво!

– Это называет аккорды.

Не нотки, а аккорды. Аккорд состоит из нескольких нот, чаще три, но это не правило. Бывает мажорный или минорный. Хочешь знать, как построить аккорд?

– Конечно, – радостно, но немного потерянно ответил Аран.

– Ян, а можно мне, пожалуйста…

– Да, да, бумажку и ручку. Знаю. Один момент. Держи.

– Благодарю! Давай на примере пианино, понятнее всего. Вот это клавиши.

– О, ты попал, парень! – в шутку посочувствовал Арану заглядывающий в рисунок друга Матеуш. Серж не обратил внимания и продолжил рисовать клавиши:

– Двенадцать клавиш – одна октава. Она бывает большой, малой, контроктавой и так далее, но нам это не нужно. Выбираешь ноту, от нее отсчитываешь четыре ноты под второй палец, от второго пальца отсчитываешь три ноты под третий палец. Вот это – мажор. А если нота – три ноты – четыре ноты, то это будет минор. Усек?

– Здорово! О, Серж, а знаешь, что я спросить хотел? Только сейчас вспомнил.

А есть гитары под левую руку? Ну, для левши, я имею в виду. Они ведь отличаются, да?

– У нас ведь двадцать первый век, сейчас все есть.

– Только деньги плати – и все можно, – вступил в разговор Матеуш.

– Да ты даже Джима Хендрикса вспомни! Или Пола Маккартни хотя бы! Левши!

– Так они звезды. С их деньгами она сама играть будет, – цинично парировал Матеуш.

– Так, как играет Хендрикс, никто не сможет.