Осколки разбитой кружки

Он разрывался между тем, чтобы остаться здесь и вобрать в свою память как можно больше, запомнить каждую деталь: их улыбки, жесты, слова, радостное молчание; и тем, чтобы прямо сейчас встать и уйти. Ему нужно было что-то сделать прямо сейчас со своей собственной жизнью. То, что он увидел, посеяло внутри него зернышко надежды. Ему казалось, что он невольно украл частичку счастья пятерых друзей, но виноватым себя не чувствовал. Это была добрая кража. Но теперь доказательство того, что счастливые люди есть, и это не миф, рождало в Аране ревностное желание изменить свою жизнь.

Он так сильно захотел быть чуточку похожим на них, на пятерых друзей, так сильно, что не выдержал, резко поднялся с табурета, не глядя, оставил на стойке деньги и, пошатываясь, новым шагом вышел из бара.

Он не спал всю ночь. Странные новые мысли не давали сознанию провалиться в сон, при этом он ни о чем не думал, но лишь восстанавливал в своей памяти лица и тела, отчетливо прорисовывая, повторяя в своем воображении те же улыбки, то же сияние глаз, те же заботливые объятия.

На свое удивление утром он не чувствовал себя уставшим или не выспавшимся. Он знал, что он хочет сделать.

По дороге в университет он подобрал новый лист, с особо ребристыми краями и оранжево-красного цвета. Не останавливаясь для утренней ритуальной сигареты, он сразу направился в аудиторию, плюхнувшись на свое обычное место в легкой отрешенности.

– Ты чего? – спросила Лора.

– А? – посмотрел на нее Аран с непониманием.

 – В каком смысле?

– Ну, не знаю, другой какой-то. Случилось чего?

– А, нет. То есть да. То есть, нет, ничего.

Лора хмыкнула и снова повернулась к подруге.

Он так и провел все лекции в полной рассеянности, глядя в окно или в чистый лист своей тетради, при этом под столом прокручивая в пальцах оранжевое растение. А с окончанием занятий, не дожидаясь вечернего времени, когда главные офисы закроются, и кабинеты освободятся для канцелярских работников, направился на свою подработку.

Он давно не бывал здесь в дневное время и даже удивился толчее в коридорах фирмы и постоянным трещащим звукам факсов, копировальных машин и сканеров. «Вот кто создает столько работы на вечер», – успел подумать про себя Аран, как тут же услышал свое имя:

– Рудберг! Не ожидал, что ты так рано появишься! Но ты вовремя, – к нему подскочил мужчина с тонкими усиками, юрист по гражданским делам.