Осколки разбитой кружки

– …мне теперь думается, что я до того момента вообще никогда чувства вины как такового не испытывал. Собственно, я и не врал никогда до этого. После – не помню, а до этого – точно нет. У меня из-за одного того случая все отношения с семьей испортились. Во мне теперь столько вины, что я даже новую рубашку не могу надеть без укола совести. Или поесть не могу то, что хочу, потому что чувствую себя виноватым.

– Ты хочешь сказать, что за все эти годы так себя и не простил, как тебе сказал, этот…

– Иоанн. Нет, не простил, – Аран хмуро задумался.

 – Знаешь, подсознательно я все это знал. Каждый раз, когда смотрел на какую-нибудь кружку, я всегда чувствовал, что что-то за ней стоит еще. Не просто так я то дно выискиваю в кофе, то еще что. Все эти годы тот случай с разбитой кружкой папы не дает мне покоя.

– Господи, Аран, ты серьезно?

Он ударился лбом о стол и проговорил приглушенным голосом:

– Надо ж мне было так сделать! И я ведь помню теперь, почему. Свое отражение увидел, – он поднял голову и посмотрел в стоящую перед ним чашку кофе.

 – Сравнить хотел, насколько хрупкая моя жизнь. А, черт побери, что ж это я разбил тогда? Кружку отца или собственную жизнь? И все из-за какой-то чертовой чашки! А, черт!

Он снова разгорячился, и слегка напуганная Кристин притянула к себе его чашку кофе, бегло проговаривая:

– На эту не смотри, она ни в чем не виновата.

Он сделал успокаивающий вздох и даже выдавил усмешку. Девушка снова придвинула ему кофе и, подперев щеку кулаком, задумчиво сказала:

– Мне кажется, ты должен довести дело до конца.

Иначе так и будешь мучиться.

Аран, закусив нижнюю губу, согласно кивнул.

– Только приведи себя сперва в порядок, – добавила она.

Он вяло улыбнулся и пригладил ладонью волосы.

– Это кто играет?

– Рэй Чарльз. “Я верю всей своей душой”.

– Красиво.

– Надо как-нибудь будет заняться твоим музыкальным вкусом.

Он знал, что должен сделать. Как и посоветовала ему Кристин, он привел себя в порядок.

Долго приводил себя в порядок.

– Как на свидание собираюсь! – ругнулся он сам на себя.

После учебы, пока оставалось время до работы, он обошел все магазины в округе, выбирая кружку отцу. Он не хотел, чтобы она была похожей на ту, которую он разбил. Он купил совершенно другую: другой формы, другого цвета – такую, чтобы была похожа только на Арана и на то, что он пытается этим сказать.

Было уже поздно, когда он собрался после работы домой к родителям.