Товарный вагон и бутыль вина

 – Кто бы мог подумать?

– Вот именно! Это дело надо обмыть. Историческое, понимаешь, событие в футбольном мире.

– Да у тебя каждый день такие исторические события, – проворчала его жена Катерина. – Где деньги только берешь, удивительно. Пенсионная карточка твоя у меня… Калымишь, что ль?

– Ага, – кивнул Захарыч, не отрывая глаз от смартфона, где шла игра. – Подрабатываю советником у Си Цзиньпиня. Рассказываю ему о загадочной славянской душе и учу пить водку, не закусывая.

– То-то я смотрю, российско-китайские отношения такие хорошие стали, – хмыкнул из угла бывший моряк Тихон Сидоров, играющий в шахматы сам с собой.

Это было его любимым развлечением. В такие моменты рядом с Тихоном всегда стоял его ближайший друг Петруха. Во время игры он шепотом подсказывал ходы. Например: «Ходи лошадью! Лошадью ходи, говорю!»

Бывший моряк засовывал под майку руку, чесал грудь и говорил: «Отвянь, гнида!» Но было заметно, что внимание Петрухи ему импонирует.

– А ты зря иронизируешь! – крикнул Захарыч, отрываясь от экрана телефона.

 – Помяни мое слово: через полтора года Россия и Китай станут лучшими союзниками в борьбе с тлетворным влиянием Запада!

– Я и не спорю, – задумчиво проговорил Тихон, глядя на доску.

Он взял фигуру, двинул ее в угол и сказал:

– Шах и мат!

Затем развернул доску, оглядел ее взглядом соперника и согласился:

– Да, пожалуй, мат… Поздравляю!

Петруха пытался было сунуть руку для пожатия, но бывший моряк сказал:

– Но-но! Ты для меня со вчерашнего дня нерукопожатный.

Забыл?

Эти слова заинтересовали всех.

19.16.

– Чего это он у тебя нерукопожатный? – спросил Захарыч.

Баба Катя даже бросила чистить картошку и обратилась во внимание.

Видя такой интерес соседей, Тихон приосанился.

– Дело было так, – начал он, глотнув остывшего чаю. – Пошли мы с Петрухой на работу устраиваться. На завод.

– Давно бы надо! – кивнула Катерина.

Тихон дернул головой – он не любил, когда его перебивали. Но все же продолжил:

– Приходим мы, значит, в отдел кадров.

Тетка нам говорит: типа, да, нам работники нужны, заполните эти бланки. Ну, сели мы за стол. А этот, – он кивнул на Петруху, – его же хлебом не корми, дай учудить. Вот он и говорит мне: «Дорогой! Не дашь мне потом свою ручку?» Ну, тетка как услыхала, так ее аж на стуле подбросило. Засуетилась чего-то, взяла наши бумажки и говорит: «Мы вам потом позвоним, как вакансии появятся». Выходим мы на улицу, а вся контора уже на нас из окон пялится.