Несколько коротких историй

И это была не мелкая торговля на пятачке, о нет! Словно гигантская анаконда из множества людей улеглась извилистыми рядами между Центральным Детским миром и Политехническим музеем, едва оставив место для проезда машин. И все стояли буквально плечом к плечу. Некоторые граждане – с гордым вызовом во взгляде, держа в одной руке вещи, принесенные на продажу, а в другой сжимая газету с только что опубликованным Указом о разрешении свободной торговли. И чего только там не материализовалось из неведомых недр, даже импортное! И откуда все в одночасье взялось? Вот там я его и увидела – элегантного шатена.

Это была не броская красота напоказ, а именно элегантность лаконичными средствами. Хотя мне больше симпатичны блондины, но в него я влюбилась мгновенно. Разве пред таким устоишь? С этого дня мы не расставались. Только однажды были в разлуке, когда мне пришлось месяц пролежать в больнице. А в тот ранний майский вечер – должно быть, нас пораньше отпустили с работы – помню, было очень тепло, почти по-летнему, и мы с ним зашли в Детский мир купить первое в сезоне мороженое.

Незабываемый, непредсказуемый и мятежный 1991 год… До августовского путча было еще далеко, но вокруг Кремля, по всему периметру Александровского сада, с начала мая почему-то бессменно стояли военные бронетранспортеры. Хотя не малейшей тревожности это ни у кого не вызывало, только ленивые усмешки. И действительно, все решилось совсем в другом месте. Но нечто незримое уже веяло над столицей… Эта весна обещала перемены, которые трудно было и вообразить! А еще зимой, когда мне необходимо было купить лекарство в валютной аптеке, пришлось тайком, по звонку и через третьи руки, пугливо встречаться с неизвестным человеком в его машине, чтобы обменять несколько запретных долларов.

Почти шпионская романтика! А совсем скоро мой кошелек принимал, как должное, хрусткие купюры дяди Сэма, которые были в широком ходу, наравне с родимыми деревянными. Во всяком случае, в шоу-бизнесе, где я в то время работала со сценическими костюмами.

Удивительно, сколько воспоминаний вызвала в душе мысль о необходимости окончательно с ним расстаться! Поистине это самая значимая часть жизни… Почему мы так необъяснимо привязываемся к любимым вещам? Точнее сказать, к неодушевленным предметам, наделяя их едва ли не человеческими свойствами. Дети – к своим затисканным и заласканным игрушкам. Взрослые женщины – к платью, хранящему ощущение чьих-то волнующих объятий.