Исторические загогулины? Закономерности!

Промышленность-то Германии была по большей части под американцами, так что рычагов воздействия на Гитлера было предостаточно. И это подтверждает в своих мемуарах «Цель жизни» наш авиаконструктор А. Яковлев, приехавший в Германию для закупок: «Мы приступили к осмотру выставленных самолетов. Нам были названы их летно-тактические данные, особенности вооружения и оборудования. Когда осмотр закончился, самолеты один за другим с интервалом в одну-две минуты поднялись в воздух, на бреющем полете прошли над нами и в таком же порядке выполнили посадку.

Все было организовано образцово.

Мы вернулись в “Адлон” под сильным впечатлением виденного. Однако нашего генерала Гусева одолевали сомнения: не могли же немцы показать нам действительный уровень военной авиационной техники “Наверное, нас считают дураками и показали старье, а не современные самолеты”, – говорил он.

Признаться, меня тоже смущали откровенность при показе секретнейшей области вооружения. Действительно, может быть, нас водят за нос, втирают очки, пытаясь продать устаревшие типы самолетов? После зрелого размышления мы решили, однако, пока не спешить с окончательным заключением, а побывать на заводах.

Там будет виднее.

И действительно, поездка по заводам во многом помогла рассеять наши сомнения. Серийное производство самолетов и моторов, характер технологической оснащенности заводских цехов довольно убедительно говорили о том, что показанное в Иогаништале и есть основа технического оснащения “Люфтваффе” – военно-воздушных сил гитлеровской Германии.

Однако некоторые члены нашей комиссии держались другого мнения. “Старье, барахло, настоящую, современную технику скрывают, покупать нечего”, – вот что они нам твердили.

По возвращении в Берлин нас, как и было обещано, снова принял генерал-полковник Удет – заместитель Германа Геринга, бывшего в то время министром авиации. Генерал Удет ведал всей технической частью министерства авиации и был теснейшим образом связан с авиационными промышленниками – Мессершмиттом, Дорнье, Хейнкелем и др.

Его должность имела громкое название – генерал-фельдцейхмейстер. Его отношение к нам, ранее вполне дружественное, резко изменилось, когда наш старший, генерал Гусев, в довольно бестактной форме заявил, что показанные самолеты устарели, интереса для нас не представляют и что мы хотели бы увидеть технику сегодняшнего дня.

Удет вспыхнул: ”Я – офицер и за свои слова отвечаю. Мы показали всё, и, если вам не нравится, не покупайте. Мы не настаиваем – дело ваше”.