Авиаторы света

, 3:05 пользователь Татьяна <@list.ru> написал:

м. Алипия, здравствуй и спасибо за это письмо! Не представляю, кому бы я могла всё это рассказать. Любое слово, а написанное – тем более, сразу попадает наверх, ведь «вначале было слово»… Наверное, это та причина, по которой я редко бываю на исповеди – мои собственные излияния кажутся кощунством, ещё не готова.

Я совершенно отвыкла жаловаться (как Командор, стала памятником) и даже не представляла, что смогу когда-нибудь рассказать настолько личное, слабое, – слабость и есть, когда в душе нет центровки и ясности! – сама себе казалась негнущейся, над медиаторами и психоаналитиками только посмеивалась.

И думала про себя: не умею гнуться, зато сразу рухну, единожды, раз и навсегда, лучше об этом не думать. Я никому и ничего не могла рассказывать, ведь если человек рассказывает, значит, он чувствует в окружающих братьев себе, а я в этом смысле совершенно плохая, дурная и чёрствая.

– «Just do it» – просто делай! – подбадривали меня со всех сторон.

Главное – не останавливаться. Оглянешься – рассыплешься, станешь прахом, превратишься, как жена Лота, в соляной столб.

Тебя я воспринимаю как Божью помощь, греюсь возле твоего внутреннего света, учусь настоящему мужеству. Надеюсь, с твоей и Божьей помощью человеческое состояние души и понимание мира ко мне возвратятся.

Огромное спасибо, что ты есть, и ты – настоящая!

Утром, отправившись в «Липконцерт», я подала заявление об уходе и вызвала шквал эмоций и предложений остаться.

Прежде всего, со стороны начальницы, Катерины Петровны.

– Ну, рассказывай, – провозгласила она, удобнее укореняясь в кресле. – Что там, в монастыре, происходит? («водить жалом, примериваться», – комментировала сама Катя такие моменты).

– Но… но… – промямлила я. – Делиться сокровенным не хотелось. – Если вы хотите узнать все подробности, то лучше бы вам самой туда поехать! – выпалила.

– Я, можно сказать, засылала тебя туда как разведчика, но с тобой невозможно ни о чём разговаривать.

 – Катя начинала злиться и тем облегчила мне задачу. – Ты – трудный человек!

– Я это знаю, – сказала я уже твёрдо, железным голосом.

– И даже не концертный!

– Тем более, могу и дома посидеть, не обязательно в «Липконцерте»!

– Нет, ты будешь работать у меня и со мной!

– Отнюдь. Пока вы будете сидеть на своём стуле-троне…

– Интересно!

– В роли Екатерины Второй, или Отелло, или кого-то ещё, кем пожелаете быть.