Акакий Акакиевич

Как-то на кафедре «Отоларингологии» он, вызвавшись, старательно ответил на вопрос, потом написал записку сидевшему поблизости от стола преподавателя Мишке:

«Скажи, пожалуйста, что мне поставили?»

Мишка от такого возмутительного, недостойного поведения оторопел. Подумав, изобразил жирную двойку. Дальше бумага попала к Клёпину, который добавил помимо Мишкиной двойки ещё кучу разных оценок. Надя обвела их кружочками. Катя нарисовала цветочки. Между цветочков кто-то оставил надпись: «Лев, ура, наконец твоя кудрявая головка потянулась к солнцу!» Лев получил сложенный листочек, сладострастно развернул и оторопел.

Мишка, пристально наблюдая за его физиономией, не выдержал и засмеялся.

– Кац? В чём дело, Кац? Что смешного в отите? – озадаченно спросил преподаватель.

– Да так, – вытирая выступившие слёзы, пробормотал будущий организатор здравоохранения, – я и сам не знаю. Сорвался.

– Больной он! – подал голос Клёпин. – Мы-то привыкли… Не обращайте внимания.

– Да ты на себя посмотри!

– Тихо, тихо… Что вы как дети?

На перерыве к Мишке подошёл Лев:

– Михаил, – начал официально, – если это ещё раз повторится…

– Лев, да ему просто смешинка в рот попала, – дружелюбно сказал Сергей.

– Не согласен! – заорал Клёпин. – Значит, так! Строго предупредить, а если повторится, будем лечить удлинённым сном.

– При чём тут удлинённый сон? – смешался Левушка.

– Чтобы тебя меньше видеть.

Лев побагровел:

– Замолчите! У меня серьёзный разговор!

Спортивная медицина.

Кстати, точная наука. Например, для начала шестикурсникам дали задание измерить физические данные первокурсников. Честно говоря, только данные роста и веса, но Клепин, понятно, этими двумя мелкими параметрами не удовлетворился: помимо всего впускаемые по одному запуганные первокурсники должны были со всей силы тянуть на себя ручку громадного железного шкафа, тихо, никому до этого не мешая, стоявшего в углу. Клепин, делая озабоченную физиономию, командовал:

– Быстро слез с весов! Взялся за ручку! Да, за эту… Так! Тяни… Ещё! Не дёргай! Я кому сказал – не дёргай! Нет, нет, медленно…

Как бы проверяя, заглядывал за заднюю стенку шкафа.

– Движется! Вертится! Вижу, вижу!

Один раз особенно сильный парнишка таки сдвинул, ко всеобщему изумлению, шкаф. Клёпин с пиететом пожал красному от усилий, гордому силачу руку и постановил:

– Молодец, Галилей! Будешь профессором.

Дала ему отпор только одна девушка.