Акакий Акакиевич

Мосты разводятся шире, шире…

В БДТ премьера, а Мишка не успевает, в Эрмитаже новые экспозиции, но уже для других. В «Кинематографе» фильмы Феллини, но поздно, очень поздно.

– Смотрите! – Надя показала на группку первокурсников. Там дурачился и смешил друзей черноволосый паренёк. – Смотрите, новый Клёпин.

Мишка задумчиво идёт по Невскому, шумит внезапно налетевший ветер, поднимая с земли упавшие листья, на небо наползают тучи, Мишка бежит, падают первые дождинки, он прячется в подъезд и пережидает дождь.

– Ну что, Миша, пора прощаться?

– Да.

– Тогда запомни, – сказал Сергей, – что бы ни случилось, мужчина должен быть всегда чисто выбрит, хорошо одет и слегка пьян!

Мишка выпрямился и повторил про себя:

– Запомни, Мишка, мужчина должен быть.

А Надя вдруг добавила:

– И у него должны быть кривые ноги.

– Почему?

Надя опустила глаза и с каким-то затаённым смыслом упрямо повторила:

– Кривые ноги.

Вот, пожалуй, и всё.

А если встретиться нам не придётся, откроем альбом и посмотрим. Вот мы: Сергей, Надя, Колька, Маша, Ольга, Лев, Люба, Катя, Мишка…

И другие. В других альбомах и жизнях.

Клоун

1

В мятых штанах, с улыбкой на всю физиономию, засунув руки в карманы какой-то короткой, непонятного цвета куртки, один такой Мишка шёл получать подъёмные. Услышав перед распределением, что, если поехать на Север, то там без денег выдадут дублёнку, он вызвался на работу в Коми АССР, и теперь, довольный своим умением устраиваться, шёл получать – на что напросился.

В сером здании на Литейном, в кабинете, где за окном виднелось небо с проводами от троллейбусов, сидел майор. В новой форме.

– А дублёнку дадут? – ещё раз решил проверить Мишка.

– Приедете на место, там и дадут, – сухо ответил майор. И ткнул пальцем в бумагу. – А пока распишитесь в получении аванса, молодой человек.

И вот прошло лето. И пришёл поезд. И Мишка, имея в кармане только что полученный диплом, а на шее красивый галстук, надетый, чтобы создать о себе хорошее впечатление, слез с этого поезда в одном северном так себе городишке, в котором уже дул холодный ветер, обещавший зиму.

Поправил галстук и огляделся: кроме него на перроне стояло серое помятое здание вокзала, уборная «М-Ж» да понатыканные в асфальтные дырки худые деревья, со злостью выставившие кривые потрепанные ветви навстречу ветру.