Похищение

Только без брезгливости! Только без брезгливости не обошлось (было что-то в слове, накрытом кредитной карточкой, нечто отталкивающее), и с налетом этого чувства я аккуратно поднял слово и вернул на дощечку. И не куда-нибудь, а точно – по крайней мере, я старался – на то место, где оно прежде было выбито: между точкой и пробелом за последней буквой предпоследнего слова в четвертой строке. Вышло довольно криво (не стоит меня осуждать – я мог бы выкинуть его в мусорное ведро). Все условия для успешного проведения ритуала были соблюдены, и ожидание результата проделанной работы заполнило меня, как ветер заброшенную колокольню без колокола и верхушки.

Наступила пауза – быстротечная и напряженная.

Неожиданно стена, мимо которой я постоянно хожу и о чьей целостности и внешнем виде не беспокоюсь (что бы могло ее повредить – землетрясение, попадание в стену боевого снаряда?), превратилась в высокие ворота. Ритуал продолжал действовать – очередная удача! Судя по всему, трансформация стены не коснулась рисунка (квадраты не увеличились и не уменьшились, рамка не разорвалась, круги и многоугольники не исчезли).

Хотя я поспешил с выводом, очень поспешил: трансформация стены не пощадила рисунок, с ним произошло что-то, отчего его разделила вертикальная полоса.

Одна из створок ворот, которые занимали место стены (я надеялся, что по завершении ритуала – а я так или иначе его закончу – стена обретет былую форму), медленно отворилась.

До чего много усердия потребовалось створке (возможно, и незримой силе: тут найдется немало пищи для размышлений) для столь бесхитростного действия. И что же, на этом всё? Или другая створка последует примеру первой и сама собой откроется? Но вторая створка не шелохнулась, словно скрепленная с полом застывшим цементом.

Перепады моих впечатлений и эмоций от зрелища можно сравнить с прыжками по цистернам разной высоты.

Верх одних цистерн выше, других ниже, одни с небольшим наклоном, другие цистерны очень крутые, где-то скользко, а где-то нет. И всё ради адреналина в огромных дозах.

Я почти освободился от нахлынувших чувств и теперь мог действовать. Я положил цилиндр на диван (я не стал его брать с собой, чтобы случайно не выронить) и приблизился к распахнутой створке ворот. Осмотрев ее, я отметил, что она была толщиной с обычную столовую ложку.