Харбинский круг

Ну, подумайте, какой интерес для контрразведки может иметь единичный контакт «Тома» с неким Масловым Сергеем Александровичем, 69 лет, никогда не имевшим отношения ни к государственным секретам, ни к приоритетным научно-техническим разработкам, скромно проживающим со своей женой в одном из старых районов города? Ясно, что никакого. Скорее всего, контакт «Тома» с Масловым был «камуфляжным», либо вовсе случайным. Чего в жизни не бывает? Казалось, что супруга Маслова – Екатерина – уж вовсе не может представлять интереса для спецслужб.

Однако запущенный механизм проверки четы Масловых привел к результатам, несколько озадачившим оперативника.

Выяснилось, что оба супруга являются репатриантами. На жительство в СССР они переехали в 1958 году из южного Китая. Как и многие другие репатрианты поддерживают обширную переписку с родственниками и знакомыми в США, Австралии, Канаде и Франции. И ничего в этом не было бы странного, если бы не одна деталь: на адресованных женщине конвертах после фамилии «Масловой» указывалось имя – Лена или Елена, полностью игнорируя Екатерину.

Глава II. Лена

Лена проснулась с радостным ощущением полноты жизни и предвкушением праздника: «Мне сегодня исполнилось 9 лет, я уже взрослая». Девочка быстро надела чистую сорочку и юбочку и вприпрыжку побежала по широкой деревянной лестнице на нижний этаж, откуда доносился аппетитный запах жареной картошки с луком.

– Тетя Наташа, добрый день, я есть хочу, а где папа?

– Садись, сейчас кушать будем, папа придет позже.

Уговаривать девочку долго не пришлось, через секунду она уже уплетала картошечку, откусывая большие куски хлеба и запивая все молоком.

Было около полудня.

Тетя Наташа присела на краешек табуретки и молча наблюдала за девочкой, в ее глазах читалось любопытство и сострадание: «Бедная девочка, что ей пришлось пережить?»

Вчера, когда уже смеркалось, в дверь небольшого деревянного дома, где проживала Наташа, кто-то постучал.

Пробегая из столовой через сени, Наташа увидела в окошке силуэты мужчины и ребенка. И только когда открыла дверь, узнала двоюродного брата Сергея с дочерью. О, боже, в каком они были виде!? Грубая, грязная, местами истлевшая одежда, перепутанные, в колтунах волосы девочки, многодневная наполовину седая щетина Сергея и, составляющие резкий контраст с обликом, счастливые лица.