Смена

И не только для нее одной. Не может, не решается. Но подбежав к Юле и взяв ее за тонкую руку, все же собралась с мыслями.

– Ребята! Идемте к нам в комнату. Настю помогите успокоить. Говорит, там, кто-то за окном на нее смотрит. Ну же, идем скорее…

***

Андрей, превозмогая усталость, слез с кровати и отправился за остальными. Задернул шторку на экране своего смартфона: «Сорок процентов аккумулятора». Было бы неплохо поставить телефон на зарядку, и даже свободных розеток в холле было предостаточно. Раньше это вызвало бы дикий ажиотаж.

Ведь каждый раз, когда Андрей бывал в подобных лагерях, свободная розетка считалась роскошью, эксклюзивом или большой удачей. Но это не удивительно. У каждого свой телефон, а значит и своя зарядка. А иногда охота за незанятой розеткой доходила до стычек. Хорошо, что ныне об этой проблеме можно было забыть. Смена необычная, детей нет. Лишь их класса. И новейший лагерь со всеми удобствами, предоставленный только для них одних.

«Может быстро сгонять в комнату, достать зарядник из рюкзака? Как раз встал уже.

Ночью и зарядится до ста… Хотя ладно. Позже поставлю. Розетки же не смогут занять все, с чего бы?»

Все уже успели пройти за Катей, а Миша даже подождал Андрея, придержал ему дверь, пропуская вперед себя. Сама комната была аналогичной, зеркальным отражением остальных. Пять кроватей, общий шкаф, несколько тумбочек. Правда стены были розовыми, а в остальном то же самое. На кровати под подоконником сидела Настя. Вся на мокром месте, глаза опухшие, но к одноклассникам не поворачивается.

Внимание от окна не отводит.

– Настя, он до сих пор там? – Катя осторожно подошла к ней и крепко, что было крайне чудно ее характеру, обняла ее. – Пусть залезет кто-нибудь на подоконник. Скажите ей, что это просто охранник обычный или дворник какой-то. Накрутила сама себя. Вообразит маньяка себе, а потом…

Наконец, будто выйдя из глубокого транса, Настя поняла, что на нее все уставились. Каждый терпеливо, как мог, стоял возле все еще распахнутого дверного проема.

Леня тоже подлетел к ней. Обнял и присел возле нее. Стал нелепо успокаивать, что-то наговаривая ей на ухо. Но и в его утешениях чувствовались нотки лукавства.

– Настя, может и правда привиделось просто. Ночь же, лагерь новый. Вот и ходит охрана, нас сторожит. Радовалась бы, что за нас переживают, – выдохнул Андрей.

– Ну-ну, раз уверенный такой, сам и посмотри, – вытирая слезы, выдавила из себя Настя.

– Вы чего? Всего-навсего бомжара какой-то.