Чему улыбается Джоконда?

Многие собирались поехать к бабушкам в деревни, подальше от родительских нравоучений и мелких поручений, попить парного молока, но главное – свобода. Гуляй до утра, на речке у костра уху вари, картошку запекай, байки трави.

В нашем классе училась девчонка по фамилии Шевцова, а звали Люба. Ну полная тезка героини из «Молодой Гвардии» по повести А. А. Фадеева. Девочка не по годам развитая. Чуть ниже меня ростом, я же стоял в шеренге на уроке физкультуры всегда первый. В шестом мы еще были пионерами, и алый галстук на форменном платье Любки, выглядел странно для ее комплекции.

Жила она с мамой и сожителем мамаши, на хуторе за железнодорожным переездом, у самого подножия Лысой горы. Хутор имел два названия. Одно из них – БАМ, поскольку в нем жили строители магистрали Тайшет – Братск – Лена. Другое, неофициальное, – Ноль двенадцатая – это номер колонии, в которой сидели политические заключенные и под конвоем строили магистраль.

Любка жаловалась нам, что ждет не дождется, когда наконец-то уедет к бабушке в деревню.

«А то этот, мамин придурок, задолбал меня!» – с горечью в голосе говорила она. Мы с ней дружили и иногда провожали до хутора.

«Он меня называет дьяволом в юбке, бандеровец недобитый! Мама, как дура, привязалась к нему, на мои жалобы ноль внимания, скорее бы к бабульке!» – с грустью в голосе продолжала она пенять на свою судьбу. Васька предложил: «Давай мы ему темную утроим, ноги переломаем?» «И не думайте даже, он бывший уголовник, пырнет заточкой в печенку и в Зермокане утопит», – пугала нас подружка.

Вот и долгожданные каникулы, наслаждаемся природой и свободой, отдыхаем кто где. Недели через две «сарафанное радио» ужасную новость принесло: «Любку Шевцову, задушил бывший зэк». Бегом к Ваське, выяснить обстановку, он уже подробную информацию собрал, поскольку жил на улице Щорса, значительно ближе к Ноль двенадцатой, чем я. Оказывается, в день отъезда Любаши к бабушке, эта мразь, сожитель Любиной матери, на работу не пошел, прикинулся больным.

Мать с Любой попрощалась и ушла на работу. А эта недобитая скотина изнасиловал Любу, задушил ее, закопал в загоне для свиней, закидал кучей навоза. Спокойно спал и жрал у Любкиной матери. Примерно недели через полторы, после работы, мать пошла покормить свиней и загнать их на ночь в хлев. Когда она зашла в загон, увидела душераздирающую картину. Свиньи раскопали труп и частично обглодали его.