История одной жизни

Герберт помнил каким образом и по каким качествам он изначально нашел Натали. Помнил он и то, что хоть она и была у него первая, но он то был у нее уже третий. Исходя из этого он решил за ней проследить. Выждал время когда она должна была идти из школы, подкараулил ее у выхода и стал наблюдать. Вот она вышла из здания школы с каким-то кучерявым смуглым парнем. Вот они идут в сторону ее дома. Герберт шел за ними, скрываясь за деревьями, людьми и вывесками с призывом повторно голосовать за нового отца народа на приближающихся выборах.

Вот они подошли к ее дому. О чем-то переговорили, попрощались и что это… У Герберта перехватило дыхание и в горле встал какой-то ком, как если бы он пытался проглотить огромный мякиш хлеба, но он встал посреди горла, не давая дышать, глотать, говорить… Она поцеловала этого парня в губы на прощание. «Пока Нейтан» – сказала она и Нейтан ушел. Натали направилась к входу в дом, но Герберт взял себя в руки и выскочил к ней: «Натали!». Она обернулась с испуганным взглядом.

– Ты следил за мной?

– Следил? Да я просто хотел сделать тебе сюрприз! А тут ты с твоим Нейтаном! Как это понимать? Так я и знал!

– Прости прости! – заплакала Натали – пойдем со мной домой, я тебе все объясню!

– Что тут объяснять? – спросил Герберт, однако, пошел за ней в дом.

Дома она кинулась на пол и стала рыдать.

– Клянусь, клянусь тебе, между нами ничего не было! Мы только целовались и все! Я дура, я виновата, мне захотелось новых эмоций, ощущений, последнее время у нас все так скучно и однообразно.

Я виновата, прости, это больше никогда не повторится!

Она лежала на полу в школьной клетчатой юбке, белой блузке и плакала. Почему-то Герберта всегда привлекали плачущие женщины. Их лицо становилось румянее, глаза больше за счет слез, визуально увеличивающих зрачки, они выглядели такими слабыми и ранимыми, им требовалась защита и поддержка.

Герберт обнял ее.

– Ладно, не плачь. Посмотрим, я подумаю. Если ты говоришь что больше никогда и ничего… Но так же нельзя.

Ты ужасно поступила.

Герберт был растерян, но одновременно разгневан. Он ненавидел ее и одновременно ему было жаль плачущую красивую девушку, к которой он так привязался за эти месяцы. Натали продолжала извиняться и ругать себя, а ее наряд выглядел так соблазнительно… Герберт не удержался и примирение произошло.

Прошли месяцы. Их жизнь наладилась. Пришла весна. Они много гуляли. Натали всегда была одета с иголочки.