25 лет назад

Казалось бы, все идеально. Но это совсем не имело значения без самого важного. Без того, чего так сильно ему не хватало прямо сейчас и каждый прожитый день. Или без кого.

Софи.

Листки календаря один за другим, словно лепестки одинокого, увядающего без любви цветка, срывались и растворялись в потоке серых будней.

Все чаще Саймон задумывался о главном: о ребёнке, о семье – о большой семье! И всё же достойную даму он так и не встретил. И, откровенно говоря, особо и не старался найти, поскольку сердце его не лежало ни к одной из них.

Ни к одной. Оно хранило в себе память о той самой первой, пылкой любви, которая оставила в его душе глубочайший след.

Чтобы уйти от навязчивых мыслей, Саймон с головой утопал в работе.

У него не было близких друзей, с которыми он мог поделиться чем-то сокровенным. Поэтому все эмоциональные переживания, весь поток чувств он научился выражать красками на стене. Рисование составляло большую часть его досуга, занимая много времени.

Но в этом заключалась суть: Саймон заново проживал те чувственные моменты, которые он оставлял на стене.

Рисуя, он восхищался тем, что так внезапно ему преподносила жизнь. Как могла в один миг всё менять, заставляя бросить и сорваться в неизведанное… Художник всеми цветами, какими пестрила его палитра, расписывал загадочные встречи с Софи, начиная с самой первой. Иногда сюжетная линия ярких романтических воспоминаний разбавлялась серыми тонами: тем периодом, что он провел в одиночестве.

И, будучи честным перед самим собой, он с нетерпением ждал ещё одной загадочной и внезапной встречи. Поэтому картина на стене ещё не могла иметь ни продолжения, ни своего логического конца.

Однажды весенним вечером 2007-го года мужчина, уставший после тяжёлого рабочего дня, решил немного развеяться.

С собой взял только камеру – на всякий случай – и отправился вниз по тропе, которую проложил брёвнами своими руками, прямо к черте безлюдного дикого пляжа.

Он очень любил это место. Сюда никто и никогда не приходил: дороги, кроме как через дом, больше не было. Растущие по бокам тропы густые заросли кустарника окутывали дорожку душистым благоуханием весенних цветов, придавая воздуху нежный и сладкий, манящий аромат.

Цветы находились во внимании пчёл, жужжание которых идеально сочеталось с пением лесных птиц. Все эти звуки сливались в волшебную музыкальную симфонию, что приятно баловала слух.