Рождённая в нелюбви. Идеальность не гарантирует любовь

Родовой деятельности у Алины всё не наступало и, чтобы успеть до закрытия роддома на профилактику, её начали стимулировать. Однако, помогло это плохо, в итоге девятого ноября тысяча девятьсот девяносто седьмого года ребёнка пришлось «доставать» с помощью кесарева сечения.

Костя сильно переживал, что жена никак не разродится. В своих переживаниях он сумел присоединиться к семье одноклассницы Алины, в которой любили выпить. Там они успешно разделили волнения будущего отца на троих и пробухали почти неделю. Ежедневно самый трезвый из этой «группы поддержки» честно звонил в роддом, чтобы узнать, не появился ли на свет Круглов-младший.

Костя в нужный момент всё же сумел появиться под стенами роддома в помятом и не совсем трезвом виде, сообщив, что приезжают его родители посмотреть на ребёнка.

Выписали Алину с малышом на пятый день после кесарева, поскольку со следующего дня роддом закрывался. Она мечтала попасть домой, окунуться в заботы о сыне, привести себя в порядок, и побыть настоящей семьёй

Но дома Алину с новорожденным внуком уже ждали свёкор со свекровью, что оказалось очень неприятным сюрпризом.

Алина думала, что они приедут немного позже, когда Костя и она проведут с ребёнком несколько дней и немного обживутся в домашних условиях.

В подарок по случаю рождения внука родители привезли ковёр на стену и стиральную машину «Малютка», которую из-за своих небольших габаритов можно было установить на полку, лежащую на ванне.

Кроме этого, Алине были вручены набор детской косметики для новорождённого «Джонсон и Джонсон», пятнадцать литров самолично папой Кости выгнанного самогона и двадцать литров домашнего вина.

И теперь, нажарив картошки, и настрогав парочку салатов, дорогие родственники вместе с молодым папашей сидели за раздвинутым столом-книжкой в единственной комнате с детской кроваткой. Здесь же была и мама Алины.

Подаренный ковёр уже был водружён на стену, стиральная машинка в ванную, а свекровь, до этого времени очень недолюбливавшая невестку, проникнувшись нежностью к первому внуку, иногда подскакивала из-за стола, помогая стирать и гладить едва подсохшие пелёнки.

Но пьянка набирала обороты. И пока Алина металась между сыном и ванной комнатой, сцеживала грудь и обрабатывала шов на животе, компания из родителей и мужа, прерываясь на кратковременный, поочерёдный сон здесь же, на полу, продолжала «обмывать» внука и поздравлять новоявленного папашу.

В таком виде и застала их пришедшая на второй день патронажная сестра.