Едва касаясь. Книга стихов

И не тайна / но как мир старо / —

русская обидная привычка:

сделать – но по-варварски – добро.

Ничего не знаю без щербинок,

швов, шероховатостей, заноз,

стен без буквы, без стекла тропинок,

пощаженных стройкою берёз.

Будто жизнь не набело покуда,

праздник – завтра, счастье – не сейчас…

И с усмешкой ожиданье чуда,

горе то – в себе, то – напоказ.

Растолкует ли понятно кто-то.

как спаять навечно удалось

точность гениального расчёта

с инстинктивной чуйкою «авось»?

В каждом Ломоносов и Емеля.

И по жилам с кровушкой течёт

/чудеса бывали – в самом деле!/:

Господи!.. Родимые… – чем чёрт…

12 декабря 2019

Вздох топора

Завтра денёк такой —

спать палачу невмочь

Бедный хозяин мой

точит меня всю ночь.

Круглым точилом – час,

чутким бруском потом,

а вот сейчас как раз —

бархатным оселком.

Мне-то какой резон

острым быть лишь на глаз? —

но проверяет он

лезвие в сотый раз.

В кои-то веки – взмок.

Трезвый, а будто пьян.

Крестится: «Видит Бог —

всё, что могу, Степан…»

14 декабря 2019

«О! Ястреб с дозором! – привет, старина…»

О! Ястреб с дозором! – привет, старина,

ты где пропадал три недели? —

иная вдруг стала милей сторона?

Болячки вконец одолели?

По циркулю медленный круг

Полувзмах.

Вернее – намёк на движенье.

Но в братство пернатых вселяется страх,

и виснет вокруг напряженье.

Красуйся, пока ещё можешь лететь,

кроЯ небеса ледяные.

Но только синицы моей не заметь,

Не встретьтесь, не встретьтесь, родные…

16 декабря 2019

«Какой катарсис, милый мой? …»

Какой катарсис, милый мой? —

томленье, тягость и бессилье.

Всё вижу, едучи домой:

сплошь переломанные крылья,

глухой протест, живая боль…

Дух сознает без удивленья,

что сплошняком из бед юдоль,

а счастье – редкие вкрапленья.

Но – новогодние огни.

Подходит праздник осторожно.

Храни же, Господи, храни

здоровья ждущих безнадежно.

Но отрок – ликом светло-строг —

пробьёт препоны и законы.

/И не коляска – видит Бог! —

а колесница Фаэтона/.

Он атомарно мир взорвёт

и новый – справедливый – сложит.

Сиделка, что его везёт

и Богоматерь – так похожи.