34 ступень

– Ты была здесь несколько раз? – Этот вопрос мог быть опрометчивым, но мой собеседник определённо вызывал во мне все больше любопытства. Я лишь надеялся, что не показался чрезмерно прямым или, чего хуже, грубым.

– Два раза до этого. Это третий равнодушно произнесла Лара, посмотрев на меня и тут же опустив голову вниз, устремив взгляд на страницы открытого романа.

– И как успех с нахождением внутреннего баланса? – иронично поинтересовался я, хоть ирония и не была присуща моей сути. По крайней мере, ирония не была частью моей сути, не подпитанной чрезмерным употреблением алкоголя.

– Как видишь, не очень, – огрызнулась она.

– Прости, я не хотел тебя расстроить. – Мой голос звучал сухо и неубедительно.

– Единственные, кого это расстраивает, – это мои родители. – Возможно, это было лишь плохое освещение, но мне показалось, что Лара немного улыбнулась.

– Что ты читаешь?

Я понимал, что имела в виду Лара, но не был готов к тому, чтобы она делилась со мной подробностями своей жизни. При благоприятном раскладе я должен был быть дома уже к Рождеству, а где-то в начале февраля смог бы вернуться в свою квартиру и к тому, что считал нормальной жизнью.

– Я читаю о величайших маневрах Второй мировой войны, – отвечая, она вновь уставилась в книгу, наклонив голову настолько низко, что, даже сидя рядом, я не мог видеть ее лица.

– Это немного тяжеловато для чтения перед сном, ты не находишь? – Я старался звучать как можно дружелюбнее.

«До закрытия библиотеки остается десять минут.

Если вы планируете взять какую-либо книгу к себе в комнату, пожалуйста, пройдите на рецепцию», – прозвучал голос рецепционистки, которая стояла в дверях и произносила фразу, которую ей скорее всего приходилось повторять каждый вечер.

– Что ж, кажется, мне пора идти. – Я улыбнулся в сторону Лары, которая к тому моменту будто забыла о моем присутствии, и направился к выходу.

Как и предсказывала моя собеседница, выбранная мною книга не входила в категорию тех произведений, которые я мог читать в своей комнате.

«Вы можете выбрать книгу с желтым или зеленым кругом на корешке», – терпеливо объяснила мне девушка на рецепции, хоть я и видел, что моя дерзость в выборе литературы выводила ее из себя. Ее губы слегка припухли, а на щеках показался еле уловимый румянец, но при этом ее голос оставался абсолютно лишенным эмоций. Решив с ней не спорить, я отдал ей книгу и направился обратно в свою комнату, проходя по уже знакомым озаренным светом коридорам.