Мамино завещание

Когда мы с одноклассниками, нарядные и взволнованные стояли на линейке, вдруг, пошел мокрый снег. Даже, в наших северных краях, июньский снег был большой редкостью. Снежинки падали на теплую землю, на зеленую траву, превращаясь в прозрачную сверкающую влагу. Девочки плакали от грусти, прощаясь со школой. На моих щеках, таявшие снежинки смешивались со слезами радости от мысли, что я скоро покину родительский дом. Мой аттестат был лучшим, в выпуске. Я воплотила свою первую мечту…

Через две недели, я уже была в Иркутске.

Мне было полных шестнадцать лет. В кармане лежало сто пятьдесят рублей, выданных матерью и выстраданная свобода самой вершить свою судьбу. Я не знала, какие трудности подстерегают юную девушку, в незнакомом городе. Зато, знала наверняка: никогда я не вернусь домой, не добившись своей цели. Моя цель была простой – получить высшее образование и стать самостоятельным человеком.

На следующий год, в нашей семье произошло событие, которое лишило меня и тех редких минут материнского внимания.

Когда, мне исполнилось семнадцать лет, мама забеременела. Об этом, я прочитала из ее радостного письма. « Хоть бы родился мальчик! Тогда есть надежда, что мама, все же, полюбит меня!» – подумала я.

Приехав на каникулы, я узнала, что мама родила девочку. Отчетливо, помню тот апрельский день, когда счастливый отчим торжественно внес в дом и положил на диван розовый сверток.

Я подошла и взяла новорожденную девочку на руки. Из кухни вышла мать. Увидев меня с ребенком на руках, она побледнела и воскликнула: «Ой! Не трогай ее!» На ее лице было странное выражение страха, словно ребенка взял чужой человек.

Этот материнский возглас, словно проложил непреодолимую черту между мной и этим новорожденным ребенком. Мне стало так неприятно, что я сразу положила ребенка на диван и выбежала из комнаты. С тех пор, ни разу, не взяла на руки свою сводную сестру.

В нашей двухкомнатной квартире стало тесно. Маленькая Люся нуждалась в отдельной комнате. Нас с братом выселили из детской.

Туда поставили кровать родителей и Люсину кроватку. Мне и Сергею, поставили кровати в общей комнате. Все внимание матери и отчима было приковано к неожиданному чуду, случившемуся в их жизни. Маме было 39 лет, а отчиму, исполнилось 41 год. Люся была их поздним ребенком.

У нас с братом, было полное ощущение, что мы мешаем этой счастливой молодой семье. Впрочем, окончив школу, дома мы бывали редко. Я училась в областном центре, а брат ушел по призыву, в армию.