Мамино завещание

Дождавшись, когда мать придет с работы, бабушка взяла полено и стала гоняться за дочерью по ограде.

Мы никогда не видели нашу спокойную бабушку такой сердитой. -«Изверг, фашистка! За что, ты их так? Дети-то, чем виноваты?» – приговаривала она, пытаясь ударить мать поленом по голове. Та ловко, уворачивалась от удара. Мы с братом, наблюдали это зрелище с тайным удовольствием. Больше, побоев пряжками не было. После этого, мать била нас, только по голове и ягодицам, не оставляя видимых следов.

Однажды, я спряталась от ее гнева под кровать.

Мать, с силой, выдернула меня и вывихнула мою левую ногу. Когда моя нога распухла, мама повезла меня в больницу, сказав врачу, что я упала с крыши. Месяц я провела в гипсе, проживая у бабушки. Радостно скакая на одной ноге, я была довольна, что нахожусь под надежной защитой. Бабушка всегда была моим ангелом-хранителем.

Но, через месяц гипс сняли, а меня вернули домой. Я была очень расстроена, что нога так быстро зажила. Кроме шлепков и подзатыльников, мать не жалела словесных оскорблений.

 – « Ненавижу ! Выродки, ублюдки, навязались, на мою голову! Что б вы сдохли!» – это мы с братом слышали ежедневно, еще не зная значения этих бранных слов. Мы привыкли слушать ругань матери, держась от нее, на безопасном расстоянии.

Пусть орет! Лишь бы, не била! «Вот воскреснет папа, он ей покажет!» – мечтали мы с братом вечерами, засыпая со слезами на глазах. В чудесное папино воскрешение мы верили очень долго. А я мечтала, чтобы скорее закончить школу и уехать из ненавистного мне дома.

Через год тетя Даша забрала брата Сергея к себе. Я осталась жить с матерью. В отличие, от меня, брат Сергей был тихим и послушным. Думаю, мама сломала моего брата, как куклу. Когда она его била, он даже не сопротивлялся. Тетя Даша любила покорных детей. Я ей не нравилась.

Думаю, во многом, тетя была права. Чем старше я становилась, тем хуже, становился мой характер. Я стала грубо разговаривать с матерью. Поняв, что, она боится осуждения людей, угрожала пожаловаться классной руководительнице, если она попробует ударить меня.

Я защищалась от матери, как только могла. Угроза того, что я предам огласке ее жестокое отношение к детям, сильно ее пугала. Замахнувшись, мама встречала мой направленный взгляд, полный ненависти. Ее рука опускалась.

Однажды, мама все же ударила меня ремнем. Моя одноклассница Наташа Груздева, поссорившись со мной, наябедничала маме,что я перебрасывалась записочками с Шамилем Шарыповым,на уроке математики.