Норниус

Ещё бы! Такой то домяра…

Они поднялись на веранду, которая буквально через пару часов станет их счастливым пристанищем и, отворив дверь картой, попали в самое уютное пространство, что только можно было придумать! Небольшой узкий коридор с половицами из тёмного дерева вёл их в кухню-столовую, что буквально разила уютом. Круглый стол перед высокими, стеклянными окнами, выходящими на сосновый лес, был накрыт скатертью с еле заметным национальным узором, в центре стояла ваза с полевыми цветами, что ещё даже не планировали оканчивать свой жизненный путь.

Деревянные стены, выкрашенные чуть в более светлый оттенок в отличие от пола, были украшены картинами, старинными гербами и керамикой. Кухонный гарнитур тёмно-болотного цвета, в тон с диваном и плотными шторами, был настолько комфортным, что ему, наверняка, позавидовали бы лучшие ведущие кулинарных шоу. Отсутствие телевизора давало чувство свободы, а разбросанные по всему пространству искусственно состаренные бра, что больше напоминали подсвечники, добавляли тёплого, обволакивающего уюта.

Слева, слегка приоткрытые двустворчатые двери вели в спальню, что перекликалась своим болотным постельным бельём и неисчислимым количеством небольших подушек природных оттенков с залом. Какие там были прикроватные тумбы! Боги, казалось, они попали сюда прямиком из восемнадцатого века. А их резной узор на массиве дуба с бронзовыми ручками… Ммм!

Нельзя не отметить то, что наши гости привнесли в это пространство. Обилие вручную связаных пледов – последствие долгих вечеров, проведённых Сиф в палатах клиник, свечи с самыми вкусными ароматами корицы и миндаля, груды вязаных кофт и шалей, что ровными рядами были выложены на стеллажах, придавая комнате мягкости.

И, конечно же, забитые ещё вчера доверху всякими вкусностями и ингредиентами для того, что вот-вот может стать вкусностью, кухонные полки…

Сиф сняла с себя обувь, по пути к кухонному столу скинула жилетку на ближайшее кресло и, не откладывая дело в долгий ящик, завернув рукава своего серого мягкого джемпера, стала лазать по полочкам, добывая всё необходимое для приготовления того самого миндального печенья.

Чарльз, следуя за супругой, взял эту безрукавку с кресла и, нежно приобняв её, угнездился на диван, наблюдая за каждым движением своей жены, будто хотел запомнить абсолютно всё, каждую мелочь, что была хоть как-то связана с Сиф. Сиф же этого толком не замечала, она была погружена в момент.