Миллион алых роз

Водились они у Торчка не часто, так как пил он жестоко и пропивался мгновенно. После чего бегал мужикам за водкой, оставляя с каждой бутылки законные тридцать грамм.

Тем и жил. А есть, не ел. В лучшем случае пососёт корочку хлеба. Да и нечем ему было есть. Все зубы тридцать лет назад выбили. Вороват был не в меру.

Работник он был никудышный. Смеситель толком поставить не мог. Да и нельзя было доверить Торчку смеситель. Мигом пропьёт.

Для чего его держали такого?

Дыры им затыкали. То в колхоз, то на стройку, то трубу прорвало.

В яме и помер. Сердце отказало. Перебрал накануне, а опохмелиться не удалось.

Вот и всё. Больше сказать о нём нечего.

Да, чуть не забыл. Наркоты он и не пробовал. А Торчком его прозвали оттого, что всю жизнь в ямах с дерьмом проторчал. Впрочем, Вы люди грамотные, сами догадались.

Мантика

– Ты что такая мрачная? – Надя удивлённо посмотрела на молчаливую подругу. – Случилось что?

Ольга неопределённо пожала плечами.

– Не знаю, что и сказать. – Смущённо улыбнулась. – Сегодня видела сон. Не могу забыть.

– Что за сон такой необыкновенный?

– Понимаешь, – Ольга задумчиво наморщила лоб, – если разобраться, ерунда. Но такой яркий, такой отчётливый.

Она замолчала, хмуря брови и недоумённо качая головой.

– Что тебе конкретно приснилось? – переспросила Надя.

– Ничего особенного.

– Ну, если это настолько секретно…

Надя поджала губы и демонстративно зашелестела бумагами, освобождая на столе место для утреннего чаепития.

– Снилось мне, – неторопливо заговорила Ольга, не обращая внимания на маневры подруги, – что прихожу я с работы домой, прохожу в спальню, а там, на разобранной постели лежит Боря. И не один.

Надя едва не подавилась конфетой. Торопливо перемолола зубами карамельку. Глотнула чаю.

– С кем? – выдохнула она.

– С Людочкой.

– Какой Людочкой?

Надежде не удалось сдержать разочарования.

– Из планового, – размеренно продолжала Ольга, не замечая странных модуляций Надиного голоса. – Оба голые. Одежда валяется на полу. Видно, что торопились, побросали, как попало. Стою, смотрю на них, а они, знай, делают своё дело. Как в кино.

– И что дальше?

– Ничего. Проснулась. Такой вот сон. Глупость, конечно.

Надя озабоченно покачала головой.

– Не такая это глупость, как ты думаешь. Ты замечала за ними что-нибудь?

– Нет.