Миллион алых роз

На чашку чая. Если, разумеется, вы не спешите.

– Н-нет. Я не спешу.

– Тогда идёмте.

Она направилась во двор. Он не знал, что думать. Неужели, всё так просто?

Она поставила на стол две чашки, вазочку с конфетами.

А живут они средне: не бедно, но и не богато. Как он с женой. Вот книг маловато. В основном – детские.

– Я не большая любительница чтения, – сказала она, перехватив его взгляд. – Костя, это мой муж, тоже небольшой охотник. Вот Ромка… В трёх библиотеках записан. Читает запоем, не оторвёшь.

– В детстве я был таким же.

– А вот окно, о котором я говорила.

Она подошла к окну, приглашая взглядом последовать её примеру.

– Посмотрите, какой чудесный вид.

Он отодвинул чашку с недопитым чаем.

Вот она, липа. А под ней сорокалетний мужик, отец двоих детей, мозолит глаза замужней женщине. Что и говорить – замечательный вид.

– Спасибо. Я всё понял.

Набрал в грудь воздуха и заставил себя посмотреть ей в глаза.

– Извините. Я вёл себя крайне глупо.

– Я рада, что вы такой… догадливый.

Он ушёл.

Как там, в Библии, насчёт глаза, который соблазняет тебя? Кажется, его требуется вырвать.

Мудро. Очень мудро.

– Ты стал какой-то рассеянный, – заметила ему жена.

– Извини. Задумался.

– Не влюбился, случаем?

– С чего ты взяла? Просто задумался.

Он был искренен. Какая там любовь. Разве сравнишь это с тем, что испытал он тринадцать лет назад. То ни с чем не сравнимое ощущение лёгкого опьянения от её близости в первые годы их супружества.

– В твои годы многие влюбляются. Опасный возраст. Очередная переоценка ценностей.

– Какая ещё переоценка, – поморщился он. – Глупости.

– Не говори. У нас у всех в отделе мужья прошли через это. Пришлось поволноваться сударушкам.

– Можешь не волноваться. Я не собираюсь ничего переоценивать.

– Я и не волнуюсь. Кто ещё родит тебе таких крокодильчиков?

– Никто.

Он улыбнулся и нежно погладил жену по щеке. Она ласково потёрлась подбородком о его руку.

Незаметно промелькнуло лето. Прошла осень. Окончилась зима.

Весна выдалась поздняя. Они с женой целиком погрузились в садово-огородные хлопоты.

Но схлынула посадочная горячка, появилось свободное время, и он обнаружил, что стоит подле знакомой липы и смолит третью сигарету.

Переоценка ценностей.

Он усмехнулся, покачал головой.