Небо на ниточке. Роман-дневник

В эту сторону – к головным болям врачи и относили все проблемы с организмом, даже попеременные запор с диареей… А тут, счастье-то какое, очнулась от наркоза и поняла, что той боли, что была – нет!

Жизнь начала переливаться яркими красками, несмотря на серость пейзажа за ноябрьским окном, указывающим на горы, уже обильно покрытые снегом, и контрастирующие с ним чёрные тучи воронья, подобные привидениям, штормовыми волнами то накатывающими, то удаляющимися.

На третий день после операции позвали в процедурный на перевязку – чтобы уже сама побольше двигалась.

Вошла в кабинет, медсестра быстро проделала манипуляции с бинтами, раствором и попросила резко не вставать и дождаться врача, а сама вышла. Пришла врач, представилась заведующей отделением. Переспросила фамилию, имя. Выдержала паузу. Я уже успела подняться.

– Сидите. Не вставайте! – предложила врач и подошла на расстояние вытянутой руки, – Анна, мы сделали вам операцию, удалив один яичник и одну фаллопиеву трубу. По материалам уже во время операции стало понятно – у вас рак.

Я будто не расслышала, что сказала врач и промелькнула мысль «кому это она говорит? Это же не про меня…». Тело начало трясти мелкой-мелкой дрожью. Я встала, как-то автоматически соображая несколькими слоями, где один слой продолжал мысль «кому это она говорит…», ещё один слой осознавал, что к горлу подкатывает горячий воздух, а сквозь третий слой прорывалась мечущаяся мотыльком над лампочкой мысль «надо же задать какие-то правильные вопросы…».

Но был и четвёртый слой – пустота и степная даль, завывающая.

– Мы сделали не весь необходимый для такого случая объём операции, это не наш профиль… Вам предстоит ещё одна операция, но уже в другой больнице… Вы сейчас не ходите в палату. Пройдите в конец коридора, побудьте там, а минут через пятнадцать подойдите ко мне в кабинет, там будет и ваш лечащий врач, и мы обсудим – что делать дальше…

Дрожь не унималась, она будто увеличивалась в масштабе. Я стала уговаривать саму себя взять себя в руки.

Сжимания рук в кулаки и резкое расслабление не помогли. Диафрагменное дыхание тоже не дало результата успокоения – дрожь заполнила уже и грудную клетку. И тут раздался телефонный звонок. Звонил Серёжка. Я понимала, что не смогу произнести ни одного слова, и нажав кнопку «ответ» услышала голос мужа:

– Ты как?

– Угу… – промычала я, как смогла.

– Ань, – без паузы произнёс Сергей, – Ты… это… только сейчас… мммм…. не расстраивайся….