Апокалипсисник. Сборник рассказов

Там продолжали трудиться натуралы, которые выбрали работу, признав приоритетность новых отношений в обществе, неся повинность на рынке сексуальных услуг, либо официально войдя в чей-то гарем.

Однако проблема продуктов питания на фоне других становилась все острее. Промышленное производство, поддерживаемые натуралами, медленно угасало, однако это еще не было так фатально, как дефицит продуктов сельского хозяйства.

По этому поводу президент и отец нации Элтон Марэ созвал экстренный совет старейшин.

***

– Господа старейшины, нам необходимо разработать ряд неотложных мер по обеспечению общества продуктами питания.

Традиционные технологии сельского хозяйства частично утрачены, частично разрушены произошедшей перестройкой общества, в результате которой значительная часть сельского населения в результате репрессий исчезла, и других мер по установлению нового порядка жизни и существованию натуралов в новых условиях. Многие оказались в гаремах, многие репрессированы и эмигрировали, а те, что остались в качестве молчаливой массы, крайне неэффективно ведут свою деятельность. Если так будет и дальше, то через год-два нам придется переходить на жесткий режим экономии или синтетическую пищу.

Нужны новые идеи, не такие громоздкие и трудоемкие, а эффективные и современные. Я предлагаю создать целевую научную программу по разработке продуктов питания нового, более современного уровня на основе прорывных научных технологий.

Воцарилось гробовое молчание, поскольку эта область знания почти поголовно была истреблена вместе с академией наук в период репрессий и перестройки общества.

В затянувшейся паузе возникло гнетущее чувство безысходности.

– Есть идея! – как удар бича, подал голос один из старейшин, высокий, худой, в ярко- желтом пиджаке. – Надо найти Иеронима Брейгеля. Мне помнится, он был пожизненно осужден еще до Великого передела.

– А кто это?

– О, этот натурал лет десять назад был фигурой мирового масштаба в области биотехнологий. Однако за вольнодумные высказывания и антигосударственную деятельность был осужден пожизненно и лишен всех званий.

Надеюсь, там же он находится по сей день. Помнится, одним из направлений его работы был поиск новых источников питания….

***

Иероним поднял глаза от рукописи, услышав шаги за дверью. Ему казалось, что он давно забыт и обречен сидеть в этих стенах до последних дней. От опасности сойти с ума от одиночества и безделья спасал только сильный характер и возможность работать хотя бы с бумагами.