Дом окнами в полночь. Исповедальный роман

Очень кстати будет ещё и ноги поломать, будучи заброшенным за тысячи километров от дома! Может быть, хозяйка где-нибудь во дворе?

Вдалеке мерными тугими ударами открывал утренний церковный перезвон заглавный колокол. Понимая, что к началу литургии безнадёжно опаздываю, я высунулся из окна по пояс, и обречённо крикнул в гулкую рань заднего дворика:

– Хадича-а!

И вот тут… Из увитой зеленью и ещё полной утренних сумерек беседки вышел молодой мужчина в светло-бежевом костюме. Он был высок, смугл, черноволос, элегантен и немного манерно держал на отлете руку с мундштуком жёлтого янтаря, в котором тлела тонкая сигарета.

На его выразительном лице аскетических пропорций застыло досадливое выражение. Создавалось впечатление, что я своим возгласом прервал какие-то глубокие его размышления, чем вызвал… типа: «Ну что там ещё, честное слово!».

– Прошу прощения… Тут маленькая незадача… Дверь, знаете ли, заперта, а хозяйка, по-видимому… – залепетал я, стушевавшись от неожиданности появления загадочного фигуранта.

– Желаете выйти? – спросил он бархатным баритоном диктора TV, подходя всё ближе. – Может быть, стоит подождать? Хадича вот-вот вернётся.

– В том-то и дело, что я не могу ждать, я опаздываю. Мне очень надо!

Незнакомец проложил мундштук между большим и указательным пальцами левой руки и громко хлопнул ладонями. Дымящийся окурок пулей врезался в траву. Придавив его лакированным острым мысом бежевой туфли, сунул янтарный аксессуар в нагрудный карман и медленно поднял на меня глаза.

Во взоре читалась какая-то бездонная тоска и полное безразличие к происходящему. Он даже развел в стороны руки, уже намереваясь смирить меня с создавшимся положением. Ничего, мол, не поделаешь…

Похоже, его одолевали какие-то неведомые сомнения. Расстегнул пиджак и достал из внутреннего кармана массажную щётку. В раздумье тщательно прочесал иссиня-черные волосы и, дунув расческе в металлические зубья, положил обратно.

Скрестил руки на груди. Кашлянул. Все эти бестолковые манипуляции, надо думать, помогали ему сосредоточиться. Выдержав тягостную паузу и прикинув, достоин ли я того, чтобы получить хотя бы толику его участия, решился:

– Ну, что же. Если вы настаиваете, делайте так. Ступайте в другое крыло коридора, туда, где хозяйские апартаменты. В торце имеется окно, а рядом с ним, по наружной стене, пожарная лестница. По ней и спускайтесь.