Путешествия майора Пронина

– Теперь ты обязан взять его навсегда. И в Москву с собой перевезти.

– До Москвы ещё дожить надо. Здесь стреляют каждый день! – Пронин саркастически улыбнулся. – Но насчёт Шарика ты прав. Сто процентов.

– Это они тебе мстят за курдов. Ты привез в Тегеран Эдеба… Исмаилиты уже видят в тебе сильного врага, – сказал Альварес, отрывая бутылку испанского вина. – Промочим горло? А то после таких приключений лично мне будут сниться кошмары.

– Наливай. А для мести повод всегда найдется, – Пронин задумчиво обнимал Шарика.

В этот вечер Ивану Николаевичу показалось, что он приехал в Тегеран специально, чтобы стать мишенью для террористов. Может, и план Центра на самом деле состоит именно в этом? Кто знает?

Танец дервиша

Пронин пригласил шахиню на балетный концерт, а сам готовился вечерком посетить экзотическое представление, на которое его позвал сам шах. Это – танцы мевлеви, братства «вертящихся дервишей», последователей персидского поэта и мистика Руми. Они в последние века пустили корни и в Турции, и в Персии.

Иногда власти притесняли их, иногда – приближали. Но при дворе Пехлеви этих дервишей превратили в своеобразных артистов, выступлениями которых можно было потешить иностранных гостей. Такого зрелища Пронин и впрямь, судя по всему, еще не видел. Погода стояла солнечная, жаркая, хотелось просто перетащить плетёную лежанку в сад и отдыхать. Но отказываться от приглашения шаха он не имел права – и смиренно повязывал галстук.

Небольшой зал, в котором выступали дервиши, располагался прямо в шахском дворце.

Это было круглое помещение с несколькими рядами удобных пурпурных кресел. Выделялась шахская ложа – с крышей и занавесками, находившаяся напротив парадных дверей. А в центре, как в цирке, – круглая эстрада. А точнее – арена.

При входе Пронину вручили серебряную пластину с номером кресла. Это было почётное место – справа от шахского трона. Он сел одним из первых. Издалека слышался мелодичный топот – видно, где-то поблизости дервиши репетировали.

Просторная шахская ложа пустовала. Но вот в парадных дверях появились двое в нарядной форме – с аксельбантами и орденами. Пронин вспомнил изречение из книги какого-то путешественника: «Чем слабее страна – тем больше золотых орденов у её царей и фельдмаршалов». Да, это были они, неразлучные друзья, правители Ирана. Шахиншах Мохаммед Пехлеви и его ближайший советник и секретарь Эрнест Перон. Пронин встал.