Кощей Бессмертный и народ Перуна. Сила Духа

Огнеслав притих, стараясь, не дышать и не шуметь, осторожно раздвинул руками высокую траву, рядом с ним в пяти саженях стоял молодой и статный жеребец, гнедая масть, которого переливалась на солнце, подчёркивая мощные мускулы на туловище, а огромные стройные ноги, от избытка несказанной силы, приплясывали и не стояли на месте, его длинная грива, свиваясь кольцами, свешивалась с шеи, колыхаясь и переливаясь разными оттенками цветов в такт движениям ног, что выдавало и подчёркивало его особую стать богатырского коня.

Огнеслав увидев его, позабыл обо всём на свете, он любовался им и не мог отвести от него своих восхищенных глаз, что чуть было не забыл, зачем сюда пришёл, но во время опомнился и подумал, – «как мне к нему подобраться, он меня к себе не подпустит, а принять облик какого-нибудь зверя, это значит спугнуть его и, тогда коня, ни за что не поймать.»

Пока он так думал, конь ничего не подозревая, поедая траву, подошёл к нему на расстояние в сажень, благо, что ветер дул в сторону Огнеслава.

Тогда не долго думая, Огнеслав выскочил из травы и одним прыжком взлетел на коня, тот от неожиданности присел под его тяжестью, но сразу же встал на дыбы, чтобы сбросить неожиданного седока.

Огнеслав был готов к такому повороту событий и крепко обхватил шею коня обеими руками, тогда тот упал в траву на бок и стал кататься на спине.

Огнеслав выпустил шею, конь почувствовав, что хватка исчезла, быстро вскочил на ноги, но седок уже сидел на нём.

Тогда конь помчал его по степям, по лесам, по оврагам, взлетел выше леса дремучего, ниже облака стоячего, хочет хитростью иль обманом, только справиться с непрошенным седоком.

Конь бежит, земля дрожит, из пасти пламя пышет, а из ушей дым валит.

Целую седьмицу конь носил на себе Огнеслава, но в конце концов выбился из сил и остановился, он хрипло дышал, а бока судорожно вздымались.

Огнеслав, говоря ему ласковые слова, гладил одной рукой по шее, а другой крепко держался за гриву, старался успокоить коня.

Это ему удалось, конь фыркнул и хотел повернуть голову, чтобы укусить его за ногу, но Огнеслав ещё крепче обхватил шею руками и сдавил её, не позволив ему это сделать, тут конь смирился, полностью ему покорился и дал себя погладить, только громко всхрапывал и нервно дрожал мелкой дрожью по всему телу.

Огнеслав достал из котомки каравай хлеба и угостил его, тот недоверчиво посмотрел на хлеб, обнюхал, посмотрел на седока, и увидев, что угрозы нет, осторожно взял губами хлеб из его рук.