Жестянщики

Один хмырь надуборезился, пришлось упаковывать его в такси. Так он там обблевал весь пол! Водила – из приезжих – стал что-то лепетать на своем языке, требовать каких-то сумасшедших денег в качестве компенсации за порчу салона и так далее… Такой скандал был, мама дорогая!

– Вот. И, держу пари, ты примерно то же самое сможешь сказать и о позапрошлых выходных, и о позапозапрошлых. И о позапозапозапрошлых. Родственники, «Икея», семья, гости…

– К чему ты клонишь?

– А ты знаешь, чем все эти выходные занимался я? – безразлично произнес Дима.

– Ну расскажи. Держу пари, ты небось отрывался в каком-нибудь клубешнике! У тебя ж нет этих моральных оков! – Артём поднял правую руку и оттопырил безымянный палец с желтым ободком на нем.

– Как бы не так, мой дорогой семьянин, – покачал головой Андреевский. – Все эти дни, как и черт знает еще сколько времени, я просидел на своем любимом бордовом диване, слушая восхитительный саундтрек из тех звуков, о которых я тебе только что поведал!

– В смысле? – переспросил Артём, удивленно округляя глаза.

 – Ты ж – свободная птица! У тебя ж бабла… Ну, в смысле, отличная высокооплачиваемая работа, – поправился он на ходу, – которая позволяет тебе реализовать практически любое желание. В рамках разумного, конечно…

– Да, да, да… Тёма, эх, Тёма! Если бы все было так просто!

– Черт, братан, если бы у меня были твои деньги… Я бы… Уж я бы! – Симыкин запнулся, видимо, не в силах выразить широту открывающихся перспектив в одной фразе.

– Что ты бы?

– Ну не знаю… отрывался бы! – блин, Димон! Да ты можешь каждые выходные менять телок! Можешь уматывать на уикэнд куда-нибудь на Ибицу или в Париж и мять француженок!

– Все бы тебе кого-нибудь мять… – усмехнулся Дима. – У тебя что, с этим какие-то проблемы? Жена не дает?

– Да нет, почему же сразу жена… – к щекам Симыкина прилил густой румянец. – Это первое, что пришло мне в голову!

– Вот и я о том же.

Нет, брат. Все не так просто…

– Да что ж тут может быть сложного? – непонимающе переспросил Артём. – Вот у меня, это да! Зарплата – еле хватает семью прокормить. Домой придешь – там эти две перечницы старые, тесть с тещей. Чуть тронешь, даже ненароком, так от них вони! Иногда и хочется сбежать от всех куда-нибудь подальше, да бежать некуда. Так что я тебе иной раз даже завидую!

– Это ты зря.