Адамант

Для кого-то счастьем будет элементарно домашнее животное или человек, а для кого-то – горы сворачивать будет недостаточно. Но почему так?

Жгучий дымок покрывал эту тайну мраком. Не один год ушёл на раздумья, поиски привели меня к выводу. Переступив плиту основных потребностей, идёт отбор на довольных достигнутыми результатами и теми, кто жаждет вкушать со стола богов, а не довольствоваться крохами… Я был такой породы. Как жеребёнок, грезивший о безграничных зелёных полях, орошаемых на рассвете майского умиротворения, прохладных источниках, освежающих разгоряченный нрав.

.

– Джимми, три минуты до выхода.

Терпко, с волнующими нотками, выдавил из себя Боб, король купола, в который мне посчастливилось попасть однажды. Но каждый из присутствующих понимал, кто тут король: я был неотразим в своем деле. За это он обильно осыпал меня червонцами.

– Я вижу на ваших лицах восторг, но это ещё не конец! – Волнение пробежало волной по залу, и на миг, словно весь мир под куполом, даже те, кто знал, мои коллеги, ожидали, что предстанет перед их глазами.

 – Предлагаю позвать его… – с намекающе-саркатичным тоном возвысил голос Боб.

– Happy! Happy! Happy!

Зал единодушно, как по сговору, словно призывая нечистый дух, зазывал меня на сцену. Да, признаюсь, мне это льстило.

Началось представление, легкий напев ирландских мотивов, такие задорные и тёплые, как будто что-то родное. Я растворялся в этой атмосфере, а детишки визжали от счастья, что, собственно, и было моей работой.

Молодые родители и пожилые бабушки и дедушки не могли смотреть без улыбки на лице – ловкие трюки и фокусы казались магией, особенно тот, со шкафом. «Как же легко обмануть зрителя», – думал я в такие моменты..

По сути, я был лишь золотой рыбкой, приносящей хороший доход боссу, но этого ли я хотел? Звон монет на миг лишь отвлекал от тяжёлых дум, они возвращались каждый раз после перерыва на ланч.

Порой я проклинал тот огонёк внутри, заставлявший меня идти без остановки, не насладившись тем, что у меня уже есть. Но он был мне подвластен, так что, при желании, легко утихал. Я проснулся этой ночью от мимолётного страха. Он ещё, волнительно покалывая, дрожал в кончиках моих пальцев, и был такой неведомый и далекий, но всё же, в мой разум, как в цветной шарик со смайликом, угрожающе, с неумолимой жаждой, кто-то пускал стрелы.