О себе после Родины мысли. Памяти поэта-фронтовика Ю. Друниной

Она так и не приняла престижа мещанства и потребительства, которые появились в обществе, а с ними не приняла девольвации моральных ценностей.

Человек исключительно чистой совести, она продолжала служить своему отечеству и своей стране, которую, когда-то отвоевала у захватчиков, а потом вступила в бой с аморальностью, которая захватила какую-то часть советского общества. Её поэзия имеет яркую образность, искренность, правдивость и афористичность. Имеет высокую лирическую возвышенность, гражданственность, в высокой степени эмоциональна и по-человечески понятна каждому.

Последний свой бой она проиграла, когда не смогла вместе с другими защитить Эссесеэр. Все жизненные смыслы были потеряны и она, как сильный человек, просто ушла, не приняв сложившихся реальных обстоятельств.

Это, если говорить о смыслах жизни и о душе поэта, пролившего свою кровь, при защите своей Родины от вторжения захватчиков.

То, что оставил этот человек своей строчкой нам о Великой отечественной войне 1941—1945 годов, стоит дорогого и будет читаться года и года, потому, что несёт правду.

Новые поколения, задавая себе вопрос, как, каким образом, люди Советского союза смогли победить, фактически объединенную фашистскую Европу, освободить свою страну от порабощения, будут, и не раз, обращаться к творчеству этого знакового и выдающегося поэта – фронтовика Юлии Владимировны Друниной.

Член Российского союза писателей А. В. Шамов

Ушла, когда не защитила СССР собой

Не звенят солдатские медали,

Много лет, не просыпаясь, спят

Те, кто Волгограда не отдали,

Хоть тогда он звался Сталинград.

(Ю. Друнина)

Поэту, настоящему человеку Ю.Д.

Ты с девальвацией моральной бой вела,

Несла с достоинством ты идеалы людям.

Хватало на стихи и на дела того тепла,

Что с фронта принесла, ну, кто тебя осудит.

Нет в мирной жизни ясности простой,

Простых критериев нет, честности окопной.

Не приняла и не вписалась, и была собой,

И как – то было за страну тебе тревожно.

Престиж мещанства, ты, не приняла,

Другие ценности пришли и жизнь другая.

На фронте было проще, были два крыла-

Любовь и долг, тут, как бы, жизнь чужая.

Приспособленцев, краснобаев и пороки

Не приняла ты, как и за страной застой.

Есть фронта мерки и дороги, и до срока

Ушла, когда не защитила эссесеэр собой.

Ты…

Толпа у булочной, блокадный Ленинград

Что ж, годки, давайте помянём

Наших «дедов», пулями отпетых.