Мое мерзкое высочество

**

Отправив вместе с женой наместника и кухарку, и охранника, я выдохнула свободнее, надеясь на спокойный вечер, что мне должен был предвещать тихий скрип колес удаляющейся повозки. Только спокойствие никак не желало меня посещать.

– Ваше высочество, что делать с наместником?

– Я же велела уже: запереть до дальнейшего решения, – фыркнула я, недовольно рассматривая Кури с головы до ног. Была у меня мысль, куда деть этого деятельного и путающего границы стражника.

– Что прикажете с остальным?

– Что прикажу…– склонив голову набок, повторила я.

Мысль становилась все более четкой и оформившейся, и смысла что-то откладывать больше не было. – А прикажу я подать мне бумагу и чернила. А вас, Кури, готовиться в обратную дорогу.

– Что? – с удовольствием проследив за тем, как вытягивается лицо мужчины, я позволила себе состроить печальную гримасу.

– Боюсь, мне срочно, прямо сейчас, нужно отправить сообщение его высочеству, герцогу Назарату. Есть вопросы, с которыми я сама, по недостатку опыта, не могу управиться.

Лицо Кури мрачнело с каждым произнесенным словом, позволяя мне насладиться моментом. Почему я решила писать именно брату конунга, сама бы не сумела ответить, но этот мужчина, явно не обделенный умом, вызывал во мне уважение, так что вариант казался самым разумным.

– Я могу подобрать верного посланника из своих воинов, – попытался отмахнуться Кура, хотя, кажется, уже понял, что ничего из этого не выйдет.

– Ах, – печально вздохнув, как это делали некоторые чрезмерно театральные девицы при дворе, я почти трагично покачала головой.

Мне, определенно, начинал нравиться подобный спектакль, в котором я могла вести себя так, как заблагорассудится в любой момент времени, – боюсь, я не могу доверить подобное дело никому, кроме вас. У солдат просто не хватит опыта и выдержки, чтобы добраться до поместья герцога в срок. А вы же, как мы помним, можете много дней обходиться без сна и отдыха.

Но как я ни старалась, в последних словах все же проступило ехидство.

– Не думал, что вы настолько мстительны, ваше высочество, – тихо, наконец осознавая, что к чему, отозвался Кури.

– Здесь вы вновь ошиблись, – откидывая напускную жеманность и фарс, спокойно и серьезно ответила я, – как и в тот момент, когда посчитали меня непроходимой невоспитанной дурой. У каждого из нас своя игра, и к сожалению для вас, вы попытались испортить мою. А у меня карта старше.