Хорские рассказы

Как поступил бы сейчас в той либо иной ситуации из прошлого, что сказал бы или сделал в непростой момент. Подобного набирается с избытком. За один такой «сеанс» можно успеть и весело посмеяться над какой-то незадачей, смахнуть невольную слезу, вспомнив про утраты, которых вполне можно было избежать, и густо покраснеть, когда память услужливо подбросит некий постыдный момент, коих тоже, к сожалению, хватало.

Ночь тем и хороша, что надёжно скроет следы всех твоих переживаний. А утром «мыслитель» снова весь из себя – такой бодрый, приветливый и позитивный!

Если будучи молодым, ты использовал тёмное время суток для занятий, скорее легкомысленных, то с возрастом наступает фаза философская, я сказал бы даже – самоедская!

Нет.

Конечно, уверенность в том, что ты ещё ого-гооо, какой крутой и могучий во всех смыслах этого объёмного понятия, никуда не делась! Однако, больше тянет на размышления, чем на действия. Почему-то…

Вот было бы наоборот! Представляете, друзья? В раннем возрасте – мозги и планирование, в старшем – кураж и отрыв! Хотя…

Львиную долю того, что наворотил в молодости, ты, конечно, не совершил бы при таком раскладе!

«Тихо шифером шурша, крыша едет не спеша».

Так говорили про подобные моменты копания внутри себя во времена моей, уже далёкой, юности.

Невыполненные задачи и упущенные возможности тоже напоминают о себе, чаще всего, именно в ночную пору. Одно из них давило на совесть и мозги особенно сильно.

Слыханное ли дело – жить столько лет в посёлке и не помнить адрес дома, в котором выросла большая семья отца?! Многократно его узнавать и забывать снова – это разве нормально? Узнав о скором приезде родной тётки – одного из птенцов этого «гнезда», поставил себе цель – побывать там в любом случае и увидеть его хотя бы со стороны. Дома, как впрочем и люди, к сожалению, не вечны. Нужно успеть.

И вот мы на месте. Старенький домик на улице Первомайской, наконец-то я до тебя добрался!

Здесь жила огромная, по нынешним меркам, семья моего отца.

Бабушка, дед и семеро детей…

…На мгновение увидел своих бабу Ульяну, деда Даниила, сидящих на крыльце и бегающих по двору дядек с тётками, находящихся в нежном возрасте. Узрел на короткий миг и батю, вприпрыжку бежавшего со школы с холщовой сумкой наперевес.

Потом – его же, в новенькой штурманской форме, прибывшего на побывку после первой мореходной практики.