О прожитом с иронией. Часть вторая

На первом этаже дома, где жила тётушка, была маленькая пекарня, конечно, он не мог обойти это ароматное и приятное заведение. Иван частенько заходил выпить кофе, съесть пирожное. Познакомился с хозяином. Имя у парня незамысловатое, вполне французское – Пьер. Напроситься на работу Иван не смел, но порассуждать о вкусах он и умел, и желал. И вот Пьер предложил ему поработать. Не из жалости к бедолаге, просто разбегался у него народ, это же не СССР, это Франция – не хочу трудиться за гроши, уволюсь, и никакой профсоюз не воспротивится.

Иван с радостью принял предложение.

* * *

Тем временем канул в Лету Советский Союз, разбежались союзные республики, бульдозером промчались по обломкам Советов лихие девяностые.

Много чего произошло.

Майор Ломакин до подполковника не дослужился. Вышел в отставку. Бизнесом заняться не смог, так и проживал на крошечную пенсию, иногда находил подработку, а получив деньги, пропивал и вновь тосковал в своей «двушке».

На дворе двухтысячный год, ранняя весна.

И вот однажды утром в квартиру Ломакина кто-то постучал. Сергей Петрович в это время с тоской рассматривал посиневшую сосиску в холодильнике и краюху хлеба на тарелке.

– Не заперто, кто там!

В дверь вошёл импозантный человек в лёгком плаще. Обличье показалось Ломакину знакомым.

– Вы по какому вопросу? Свет вырубать пришли? Не позволю!

Человек улыбнулся, смахнул крошки с табурета и, небрежно сбросив плащ, сел к столу.

– Да, Сергей Петрович, постарел, здорово тебя жизнь поистрепала.

А мечтал ведь дачу завести, огород, а ещё лучше пивнушку купить: утром цистерну принял, к вечеру новую заказал – и народ доволен, у самого пена на губах, и деньги в кармане есть.

Ломакин плюхнулся от неожиданности на стул.

– Коломиец? Да не может быть. Ты же в Париж слинял. Меня весь главк из-за тебя поедом полгода ел, чуть из органов не попёрли. Благо выяснилось, что ты за больной старухой там присматривал…

Потом, будто что-то вспомнив, Сергей Петрович обхватил руками стол и, прищурившись, злобно посмотрел на Ивана:

– Так ты сдаваться пришёл? Я-то знаю, кто тогда у Кремня в сумке порылся.

Не дурак! Что-то стырил, а сумку спрятал. Ну, так было? А? Что молчишь?

Коломиец скинул улыбку с лица. Так же обхватил стол руками.

– Хорош, Петрович! Я по делу к тебе. Всё расскажу. За все десять лет отчитаюсь и о деньгах расскажу. Ты вот что, оденься приличнее, я в машине внизу жду. Поговорить надо.