О прожитом с иронией. Часть вторая

Погоны Коломиец не рассмотрел.

– Сергей Петрович, на выезд, у нас грабёж-ювелирка.

Ломакин матюгнулся и, обращаясь к Коломийцу, махнул рукой:

– А я что говорил? Поговорить спокойно не дадут. Значит, так. Едешь со мной, по пути и пообщаемся.

Второй день его общения с милицейской братией был копия первого, с той разницей, что на него никто больше не падал. Сначала Коломиец вместе с оперативной группой ехал в машине, приехав к месту преступления, по команде Ломакина «вёл себя тише мыши». Устав сидеть, выходил потоптаться, но не далее пяти метров от автобуса, и вновь ожидал в машине.

Затем пазик помчался, включив мигалку, на окраину города. Он, вцепившись в ручку впереди стоящего сиденья, как и оперативники, проклинал бездорожье. И когда Ломакин, вытащив пистолет, дал команду коллегам на выход, попытался тоже выйти, но услышал властное:

– Назад!

И вслед конкретную команду:

– Сидеть!

Собачья команда.

Был в детстве в их семье пёс, звали Тузиком, его и учили – «сидеть», «лежать», «рядом», «апорт» и прочее.

Обидно, конечно, слышать собачью команду, но делать нечего, сидеть значит сидеть.

И он сидел.

Оперативники появились к семи вечера. Злые, недовольные. Ломакин через слово матюгался.

– На полчаса бы раньше, мать его… Взяли бы.

Кого, как, за что, Коломиец не понимал, а потому молчал, боясь попасть под горячую руку.

Автобус к отделению прибыл к девяти часам. Ломакин вышел первым.

– Парни, сдать оружие и по домам, завтра будем разбираться.

Коломиец, где ты там! Выходи!

Услышав команду, обращённую к нему, Иван Егорович вздрогнул, руки сами потянулись вверх. Голос и интонации Ломакина завораживали. Коломиец выбрался из автобуса, потянулся, разминая косточки, затем присел на корточки.

Ломакин тут как тут.

– Далеко живёшь, Егорыч?

Коломиец поднялся:

– Да нет, не так чтобы далеко, но идти долго.

Сергей Петрович рассмеялся:

– Ответ вразумительный, надо бы записать, вполне в перестроечном стиле.

Ладно, если не далеко, но долго, давай ко мне, я рядом живу, хоть к ночи по-человечески перекусим. Есть хочешь, Коломиец?

Иван Егорович кивнул.

3.

Через полчаса они были в квартире Ломакина. Пока Сергей Петрович накрывал стол, Иван изучал скромный быт старшего оперуполномоченного. Ничего примечательного, обычная подмосковная «двушка» в хрущёвке. Разве что в большой комнате на стене у обшарпанного дивана висела куча медалей.