Счастья нам, девочки! Обо всем понемногу

 – Его подарок?

– Угу, – кивнула я.

– Молодец мужик. Похоже, наш человек. Или как? Марусь, ты чего с лица-то спала? Случилось что?

– Всё нормально, Борь. Устала немножко, – нехотя ответила я и прошла в комнату.

– Нда-а, – протянул Борис, водружая вазу на стол в большой комнате. – Ложись спать, Марусенька, утро вечера мудренее.

– Спокойной ночи, Машенька, – пожелала мне Ядя. – Если захочешь, расскажешь мне обо всём завтра, договорились?

– Да, конечно, спокойной вам обоим ночи.

Я разделась и легла в постель, но сон не шёл.

Что-то мешало мне чувствовать себя абсолютно счастливой, но что? Откуда эта тревога? Мысленно разобрав по косточкам весь сегодняшний день, я не нашла ни одной причины грызущему меня беспокойству.

«Беспочвенная паранойя», – поставила я себе диагноз. Пора было с ней заканчивать. До встречи с Клаусом оставался остаток ночи и чуть больше половины завтрашнего дня. «Всё будет хорошо», – постаралась я убедить саму себя и, поворочавшись ещё немного, уснула.

* * *

Проснувшись на следующее утро, я почувствовала себя свежей и отдохнувшей, вчерашние тревоги улетучились в небытие как нелепые и надуманные.

Боря был прав: утро действительно всегда мудренее вечера.

Сладко потянувшись, я посмотрела на часы. Почти десять. Борис уже давно на работе. Из кухни доносилось позвякивание посуды. «Ядя снова колдует», – улыбнулась я, уловив носом просочившийся под дверь сладковатый запах корицы.

Мурлыча что-то себе под нос, я накинула халатик и, дошлёпав босыми ногами до ванной комнаты, брызнула себе в лицо холодной водой.

Решив, что умылась достаточно, я отправилась на кухню.

– Доброе утро, Маруся!

– Доброе, доброе, Яденька! М-м-м! Какие ароматы! Божественные! Ты просто волшебница!

Я чмокнула её в щеку.

– Твои любимые блинчики с корицей. Садись скорее за стол!

Есть с риском не влезть в новые джинсы или не есть, отдав предпочтение фигуре? Хм… Вопрос жизненно важный. А, пропадай моя телега! Решив рискнуть, я положила на тарелку горячий душистый блинчик.

Ядя налила нам в чашки кофе и уселась напротив.

– Не хочешь рассказать, что за эти два дня произошло? Мы с Борей волнуемся, не знаем, что и думать.

– Хочу, – кивнула я, вдруг почувствовав огромную потребность излить душу.

Ядя умела слушать – внимательно, не перебивая, давая возможность припомнить всё, до самых незначительных подробностей. Рассказывая, я заново переживала события последних двух дней, а Ядя раскладывала их за меня по полкам.