Недоброе солнце

На пару, да еще под управлением ануров Палета и Нарина, эти два крейсер точно смогут освободить регион от этих жестоких насекомых… – запах страха становился все отчетливей. Это был какой-то подсознательный, еще не оформившийся ужас. Первая реакция, но если я ее уже улавливаю, то потом она вылезет во всей красе.

– Акер Морано! – не хватало, чтобы он еще больше напугал мою терри своими рассказами о тех зверствах, которые водились за нашими противниками. И вроде не совсем дурак, такие темы за столом разводить.

 – Я уверен, что обсуждение подобных вопросов неприемлемо за ужином, тем более в присутствие валлине и терри. Или вы решили добавить работы акеру Сумудину и его помощникам?

Моя землянка с удивлением и непониманием подняла взгляд своих зеленых глаз. Еще сама не поняла, что испугалась.

– Анур Нарин, прошу прощения, но акер Марано просто отвечал на мои…

– Терри, прошу вас не встревать. Ваше мнение в данном вопросе не учитывается, – а вот если она продолжит защищать Марано от меня, то навлечет на его голову очень большие проблемы.

Молчи, девочка, просто молчи…

– И все же, я считаю, что являясь инициатором данного разговора, могу настаивать…

– Не можете, терри. Именно вы – не можете. Закончим на этом.

Что же ты вытворяешь со мной? Почему никто не говорил, что можно так сильно реагировать на дарье? «Более сильные эмоции», так говорили? Бессовестное вранье! Одного взгляда, одного жеста достаточно, чтобы я взорвался. Как это контролировать?

Кое-как совладав с собой, чему совершенно не помогали укоризненные взгляды Сумудина и обиженное, сердитое сопение терри, занял свое место.

Марано пытался успокоить Селену, уговаривая. Несколько минут казалось, что сейчас все выровняется и ужин вернется в нормальное, спокойное русло, но нет. Показалось. Моя прекрасная дарье (надо привыкать ее так называть, может это позволит взять эмоции под контроль) резко поднялась из-за стола. Оглядев присутствующих, задержала на мне недобрый взгляд:

– Прошу прощения, уважаемые.

У меня аппетит пропал. Приятного вечера, – с гордо поднятой головой она проплыла мимо. Вот теперь я разглядел ее наряд, и мне стало еще хуже. И вот это все видели? Вот эти голые ноги, этот круглый зад, вот это все?! Порву! Сожгу!

– Нарин, уймись, – едва слышно прошипел мне в ухо Сумудин, крепко держа за плечо. Несколько глубоких вздохов помогли прийти в себя. – Друг, ты ведь понимаешь, что вот сейчас себе совсем не помог?

– Да, я понимаю.