Параллельно

И каждый идёт куда-то, чтобы изменить жизнь и ждать момента, когда придёт его время. Но в основном жизнь изменяет их самих, а их время только проходит. В конце концов, всё просрать – тоже своего рода талант. И никто не знает, что эти серые люди в виде мышей становятся нереальными мачо в Интернете вечером и, оторви и выбрось, какими шальными императрицами. Сколько же бесполезных людей, а ведь могли быть чьими-то органами.

Мы каждый день рождаемся в этом городе. Каждый день умираем. Каждый день город даёт нам миллионы оттенков этого неба, даже если мы под землёй.

И всё будет хорошо. Вы видели радугу? Вот так и будет. Я твёрдо в это верю. Но надо знать: для того чтобы держать целый мир в руках, не нужно сжимать кулаки. Нужно раскрыть ладони. И он сам мягко опустится к вам. Как пух. Да пойдёмте же со мной, я вам покажу, как не надо жить!

А на месте «Чернышевской» была полковая церковь артиллеристов. Сейчас на месте церкви станция и школа. Ну и что не так?

Жалко церковь? Может быть. Церквей и так полно, и туда всё же не все ходят.

Пороки они изучают. Их пороки эти уже все знают и так на Литейном, 4. В управлении МВД. Открывают Уголовной кодекс – и вот. За этот порок восемь особого. А за вот тот – четыре общего. Всё же ясно давным-давно.

Метро полезней. Но это кто как считает. Мне всё равно.

Метро «Чернышевская» так себе. Самое некрасивое здание в районе, наверное. Мне оно не нравится. И внизу станция мне не нравится тоже. Барахло станция. Даже не знаю, почему так. Может, потому что там, внизу, под станцией, госпиталь или склад продовольствия.

Мне тётя Лариса рассказывала, но я забыл. И поэтому она незаметная. Чтобы не попали. Эхо войны, так сказать.

Я как-то нашёл старые фотки. Совсем старые. Где нет ни школ, ни даже метро. А есть памятник какому-то орлу. На том самом месте. Это типа герб был полка Преображенского, что здесь квартировался.

Орёл. Но я сейчас не об этом. Рядом с орлом этим тогда дом стоял. Впрочем, он и сейчас стоит. Там почта сейчас.

А на втором этаже этого дома, когда памятник орлу открывали, в каждом открытом окне висели девки в белых передниках и смотрели.

В смысле не повешенные висели. А лежали грудями своими на подоконниках. И смотрели жадно.

Смотрели, блин, как открывают памятник этому орлу. И на офицеров-преображенцев смотрели. В каждом окне по паре девок, а в некоторых даже по три.

Ё-моё, как много было в этом фото жизни!

Кто там сейчас живёт? Кто бы ни жил, а в окнах никого нет. Сидят, как мыши.