Древо прошлой жизни. Том IV. Часть 3. Эмблема Создателя

– Откуда такая «немецкая» точность?

– Я нашла донесение начальника охраны замка Венцеля Шрага, которого подняли по тревоге, и кое-какие документы. Поздним вечером Фогель выследил Коддля, и когда тот проник в спальню, зашёл следом и вонзил кинжал в сердце, даже не пытаясь бежать. Герцог проснулся, когда всё было кончено. Шраг предполагал, что целью проникновения Коддля в спальню могло быть не убийство герцога, а кража документов из его кабинета. Когда Фогеля уводили, он обернулся на труп и прокричал: «Это тебе за Густава и Флору, мерзавец»!

– Что с ним было потом?

Мы с Флорой, наши тела, в это время ещё лежали на дне реки Эльзенбах, – мрачно подумал я.

 – А спустя века я нацарапал стишок о разговоре двух утонувших влюблённых, и в этот «бред» не поверят никогда, потому что хитрые прохиндеи в рясах столкнули историю в кювет незаметно для всех.

– Не знаю. Его могли отвести в пыточный застенок и казнить, – он же поднял руку на фюрста.

– Значит, это был мотив мести… Густав-Справедливый уже не мог дать показаний в защиту оруженосца.

Известно что-нибудь о Тидо, кроме того, кому он служил?

Уж своего верного Тидо я не забуду, хотя и не видел в трансе его лица. Об отношениях Густава и Тидо можно было сделать вывод по той записке, которую во время сеанса у доктора я прочёл.

– Да, он был молочным братом своего господина, у них была одна кормилица. Мальчики воспитывались вместе и были друзьями. Скорее всего, Тидо был сыном крепостной, – той кормилицы, и бастардом, незаконнорожденным от какого-нибудь представителя рода Эльзенов.

– Это что, было в порядке вещей?

– Бастардов звали ублюдками, официально их считали детьми, например, конюха и кухарки. Жёны знали о внебрачных детях своих титулованных супругов и ненавидели кухарок. Известен случай, когда один герцог подарил четырём внебрачным сыновьям титулы герцогов.

– Повезло. Титул даёт бабло, бабло – титул. Толоконные лбы считают необязательным объяснять, почему у одних есть титулы и бабло, а у других – ни хрена, потому что их лживый постулат вообще избавляет их от необходимости что-то кому-то объяснять, кроме одноразового христианского смирения и вечной раскалённой сковородки.

История их сурово наказала, но вразумить не смогла. По их вине причины революций, вечной вражды богатых и бедных остались для Человечества неразгаданными.

– Ты хорошо объяснил мне, что наказание бедностью и богатством является тяжёлым испытанием.