Эпюра. Том 1

– Опасный навес, удар… Гоол! Да это гол, чистый и в самую девятку. «Барос» открывает счет в этом поединке. Один ноль…

Комментатор отговорил только что забитый мяч. Замолчал после, надолго. Затихли и мы уже как несколько минут. Момент не праздновали, я вообще забыл про свою ставку на победу. Сидели безмолвно. Ни звука.

– Ты можешь и быть уверенным, что всего добился сам, – оборвал тишину Декарт, – но знай, удача тоже свою лепту внесла в успех. Хоть и не с первого раза все получалось.

– Удача, как и успех, тоже не дается просто так.

Упорство, – продолжал я, – все что помогло. Это главное. И не нужно тех жалеть, что они плохо живут и ничего не меняют.

Голоса померкли. Минуту отмерило.

– Твои забили сейчас, – безразлично кивнул в сторону экрана друг, – практически победил. Какой там коэффициент давали?

Ожил. Все значит, проехали. Хоть так, гордые же все. Непеременимые.

– Два сорок семь. Почти восемнадцать получишь на выходе.

Глупо смотрели оба в плазму. Меня как будто не было в комнате.

За стенкой у других обладателей вип комнат шел чемпионат по пляжному волейболу. Стены легкие, гипсоплитные, даже без шумоизоляции – все слышно. Пошлость с добавлением игрового азарта.

Рев с нашего цифрового стадиона.

– Забили. Нашим забили. Один-один.

Я вернулся в реальность, посмотрел в телевизор, и не поверил своим глазам. Как быстро они успели сыграть тридцать минут.

– Не очень большая сумма, – отвернул голову рядом сидящий со мной, – для тебя особенно.

Почему так? Всего три минуты оставалось до победы.

Только выдержать время! – думалось мне, когда пропускал Декарта на выход.

– Рамиль, идем! За назначенное дополнительное не забьют.

Не услышал. Я верил, что произойдет чудо. Выигрыш был мысленно уже потрачен.

Вдруг свет, плазма в секунду погасли. Что еще за… ?

– Уважаемые посетители, просим прощения за техническую неисправность, -монотонно говорил женский голос с ресепшена. – Информация для вип: деньги будут возращены по остаточному временному промежутку от аренды.

В темноте светилась щель между дверью и полом. Лудоманские фонарики от Nokia 3310 прожекторами на военных складах ходили из стороны в сторону. Дороже такого гаджета вряд ли могли позволить себе те люди.

Декарт включил экран на своем телефоне. Лицо его осветилось снизу, как при ночи страшилок в детстве. Один в один.

– Ну что, господин Декарт Васильевич, какой будет ваш рассказ? – повернулся я на него, стоящего у выхода из комнаты.