Сказки от Чичера Колымского

Она тоже подозрительно на меня посмотрела и опять говорит:

– Дед! Ты чего спать сюда пришёл? Вот же свежий заячий след. Я чую. Меня не проведёшь. А ты говоришь, не видел. Проснись дядя, ты так всех гусей проспишь. – Она собралась было уже уходить, но задержалась ещё на минутку. – Вчера в баню ходила, – рыжая бестия при этом и так, и эдак вертелась передо мной, словно перед зеркалом. – Полдня один только хвост расчёсывала, да приглаживала. У Дрозда день рождения сегодня. А у него, у ветродуя, поесть же совершенно нечего.

Надо же как люди живут, – одним днём: подвернулось что-то, поел, и слава Богу. Ну. мы все зверюшки, разумеется, скинулись по десятке, да снарядили Зайца в соседний посёлок за карамельками, чтобы чаю попить. Косой на ногу скор, нам не чета. Стали ждать его, а заодно решили Ворона прочихвостить.

– За что ж вы его так? – недоверчиво спрашиваю её.

– Представляешь, все по десятке скинулись, а он притащил замызганный трёшник старого советского образца, где-то на помойке валялся сто лет назад.

Мы ему так и так, мол, это некрасиво. За него пустого фантика не купишь, простой обёртки никто не даст. А он крылья в боки и отвечает: « Что вы, молодые, равняете меня с собой! Мне уже триста лет. Я пенсионер. Откуда у меня такие деньжищи… трояка-то жалко…берёг, берёг на чёрный день», – совсем старый пень из ума выжил: сел за стол и сидит, ждёт чаю.

– Ха-ха-ха! – Засмеялся я, представив жмота – Ворона. – Ему, думается мне, придётся долго ждать чаю, – говорю я Лисе. – Косой к вам не скоро заявится.

– Это ещё почему? – вроде как с обидой спрашивает Лиса. – С чего ты взял?

– Посёлок-то на том берегу Колымы, – стал я разъяснять Рыжухе. – Он туда-то успел проскочить по морозцу, а обратно – не получится: посмотри, как река вышла из берегов. Ждите теперь, когда вода спадёт.

– Сказанул тоже: «ждите». Самовар-то кипит. – Лиса была явно озадачена. Села, в задумчивости почесала задней правой лапкой в левом ухе и так это хитро-мудро говорит. – А ведь у тебя, дед, есть конфеты в рюкзаке.

Угости нас.

Честное слово, отказать такой красавице я не мог. Выгреб все карамельки из рюкзака и отдал Плутовке. Она тут же исчезла и спасибо не сказала. Я почему-то вздрогнул, вроде бы как проснулся. Чувствую, озяб. Надо бы погреться, чайку попить. Рюкзак висит на лесине. На рюкзаке вижу бурундука Сеню. Скулы его раздуты больше обычного. Так бывает, когда рот его набит семечками или орехами. Совсем не врубаюсь, – откуда на сухой лесине взяться орехам.