Мулета для скрипки. Родителям, учителям и подросткам

 – подбежал к Инне, подхватил её и закружил, а когда остановился, медленно опустил на землю, заглядывая ей в глаза.

Инна стала упираться в грудь Альбера.

– Да, не бойся ты… Это я так, от порыва чувств… Хорошо-то как! Знаешь, с тобой так просто всё. В смысле… легко… Не надо притворяться…

Инна смотрела на Альбера в упор, пытаясь понять сказанные слова.

– Инн, а можно просьбу? Сыграй, а? Там – наверху… Ну, давай, а? Не отказывайся, а?

Инна кивнула головой. Альбер тут же побежал к машине, достал скрипку.

Вернулся, схватил Инессу за руку и потянул за собой на вершину сопки. Там галантно положил футляр к ногам Инессы, отошёл, сел на землю и уставился на неё.

Инна отдышалась, улыбаясь, достала скрипку, смычок. Вскинула инструмент на плечо, немного подстроила, и «включаясь в игру», торжественно, как со сцены объявила:

– Бизе. Марш Тореадора.

Инесса прикрыла глаза и тронула смычком струны.

Альбер заворожено смотрел на Инну, и выражение на его лице менялось несколько раз – от удивления до восхищения.

Слушая, он в какой-то момент представил себя в центре арены, плечи его расправились, и виделось – вот-вот он поднимет руки и прямо на него выскочит разъярённый бык…

Инесса завершила игру, Альбер зааплодировал, и Инна раскланялась.

– Это замечательно! Знаешь, я представил, как ты стоишь на большой сцене в развевающемся синем платье, и в волосах у тебя роза!

– А почему в синем?

– Ну, не знаю…

– Это же коррида, испанская страсть! Поэтому только красное! – и продолжила, как будто читая заученный текст, – «Споры, гомон, насмешки, шутки, неистовый разгул страстей, кто трус, тому бывает жутко…» – это перевод текста из оперы…

Альбер вначале недоуменно, а затем восхищенно посмотрел на Инессу, которая ещё что-то говорила-говорила, и внезапно остановилась, «споткнувшись» о застывший взгляд Альбера.

– …Мне пора домой, – проговорила тихо Инесса.

– Мг… – Альбер продолжал восхищенно смотреть на Инессу и кивал головой.

5. Мулета

– Как наш план? – спросила Виолетта Альбера, спустя неделю после их разговора.

– Какой план? – переспросил Альбер.

– Алик, ты меня удивляешь… По поводу этой…

– Знаешь, мне кажется эта затея… не совсем… ну, как бы тебе сказать…

– Алик? Ты ли это? – у Виолетты перехватило дыхание, – Неужели ты не видишь, что такие, как она, отравляют воздух вокруг.