Миша и осень на ферме

Или он в любом случае появится, когда уже будет поздно?»

Решив, что он не будет ждать, пока закончится дождь, Миша надел на голову кепку, найденную им на дне одной из привезенных сумок, накинул ветровку, вывез из дома велосипед, оставленный им вчера в коридоре, стащил велосипед вниз с крыльца – и поехал по мокрой грязной дороге, объезжая лужи.

Фермерские угодья, среди которых была и Мишина ферма, располагались между двумя городами: Западным и Восточным. От Мишиной фермы до Восточного было ближе, так что свой путь он держал туда.

Кроме этого, в Западном он уже был – там была автобусная остановка, с которой он и шагал, пока ему не встретились супруги на «Жигулях» со своим питомцем по кличке Степаныч. А вот Восточный он знал только по фотографиям, да по рассказам жителей Западного, плевавшихся при упоминании города-соседа. По словам «западных», у «восточных» все было не так: и дороги у них развалились уже, и собаки бродячие у них злобные, и продавцы, коль заметят среди покупателей «западного», обсчитать его намерены и просрочку впарить.

– Просроченная еда – это плохо, – кивал Миша. – Да и обсчитывать нехорошо.

Когда он согласился с жителями Западного, его тут же пригласили на местную свадьбу, но Малинин вежливо отказался. Повеселился он уже в свое время: и на свадьбах, и на вечеринках, и на концертах, и где он только ни кутил. Вспоминая полные алкоголя застолья, танцы и культурные мероприятия, которыми Миша занимал свою жизнь, он поморщился, поворачивая на главную дорогу.

От всех этих дел он решил отказаться, потому что не вязались они с тем, чему он посвятил свою дальнейшую жизнь, проживаемую им сейчас.

Пока Миша крутил педали, дождь усилился. Кепка промокла насквозь, как и джинсы спереди. Сухими оставались только ветровка, куда он предусмотрительно переложил деньги перед поездкой, и ботинки. Проезжавшие слева от него редкие автомобили «махали» ему, очищая лобовое стекло от воды. Хотя Миша и считал себя человеком вежливым, махать в ответ он все же не думал.

И тут на обочине на другой стороне дороги он увидел человека, пинавшего колесо своей машины-иномарки. Мужчина тот был с темными курчавыми волосами, усатый, в плотной синей матерчатой куртке, которую обычно надевают в теплую зиму, светлых джинсах и черных ботинках. Миша съехал на обочину справа от себя – и пригляделся: между попытками забить гол колесом автомобиля, мужчина активно и разочарованно махал руками и ругался.