Наважденный. О внутренней силе

Он понял, чего ему не хватает, все эти годы он воровал сердца молодых девушек, но годы идут, а семьи и детей нет. Семья, дети, именно эти детки ему подходят и мама тоже. Он искал возможности поймать её взгляд. Но она, как нарочно не смотрела ни на, что кроме маленького. Кажется они скоро выходят, он должен её получить. Она отвлеклась, её пронзает чей-то взор, прямо дырку просверлил. Чувствуется кожей. Он пристально смотрел на неё. Она повернула голову. Они встретились глазами в вагоне метро.. Его зачарованных глаз ей никогда не забыть.

Чёрные словно смоль глаза, ещё чёрнее волосы, узкий нос, благородные очертания лица. Он был очень красив… Но объявили её станцию и она пришла в себя, встала и вышла с детьми из вагона. Но мысли о нем не покидали её. Всё вернулось на свои места – работа, учёба, дети, заботы. Но иногда её посещали мысли о нём. Его глубокие чёрные глаза манили и звали её. От этих мыслей её отвлекали ежедневные заботы. Прошло, наверное полгода, им надо было вернуться на лечение в столицу, спускаясь снова в метрополитен она почувствовала жжение в груди. Словно костёр горит и пристальный взгляд. Наверно ей кто-то помогал свыше или материнский инстинкт внутри говорил за детей. Ей почему-то стало страшно за сыновей. Она поборола свой страх и обернулась. Он стоял здесь уже пару часов, ждал её, знал, что они скоро снова здесь будут, чувствовал. Он ликовал, снова его колдовство побороло, теперь она в капкане и никуда уже не денется, он ждал их, полгода, никого больше не брал, ждал их только. Она здесь, снова, как всегда, победа. Но она решительно шагнув к нему, громко и чётко произнесла – Не трожь нас, пожалеешь, забудь, не ту пытаешься очаровать. За все годы, что ему удалось достичь в этом деле, никто и никогда не отвечал ему. Они сами сдавались, и он привык. Но это его потрясло, настолько, что он ни как не решался на завершающий захват, готовой стоять его собственности, сорвался. Надо было, чтобы закрепить очарование, всего лишь взять её за руку и она пойдёт с ним куда угодно. Но этот неожиданный призыв лишил его способности двигаться и даже думать о дальнейшем развитии своего проекта. – Если не отстанешь, пожалеешь, за детей своих, тебя не пожалею, не трогай нас, -продолжала отчаянно бороться за детей мать. Она развернулась и ушла, внутри все горело, то-ли от гнева, то-ли его чары, но с каждым шагом отдаляясь от него, спадал и жар.