Учитель

Наслаждение маленькими удовольствиями в жизни – это и есть моя жизнь теперь, в прошедшие дома шесть дней.

…Чашка свежезаваренного кофе с утра, щебет птички в кроне дерева во дворе моего дома, гроздья вишен на Роше, успехи близких людей, вот этот только что окропивший город тёплый летний дождь…

…Поиграл с пацанами в футбол в Пятом дворе. Меня не смутило, что я был самым старшим футболистом среди них.

…Сходил с соседом на вишню в сад дома рядом с Резиденцией. Там было так хорошо, что хотелось даже остаться ночевать в том саду, под деревом.

Но к вечеру фанфары в животе протрубили тревогу и пришлось срочно переместиться и занять позицию поближе к туалету. За пять лет я прилично отвык от свежей, немытой, прямо с дерева ягоды. Придётся привыкать заново.

…Прошвырнулись с двумя одноклассниками и тремя одноклассницами по Тралке. Обилие молодых красивых девушек просто поразительно и впечатляет. Черновцы традиционно – город самых красивых девушек. Если бы я не был с одноклассницами, то меня, пожалуй, было бы не удержать.

…Постоял на углу Центральной площади и улицы Франко, долго смотрел вверх, а затем ушёл не оглядываясь.

…Встретив Фиму Вассермана, я спустился с ним в знаменитую «Пирожковую» на углу Русской и Украинской и с необычайным удовольствием съел там четыре пирожка с мясом, щедро запив их томатным соком. Для подтверждения почётного статуса пирожкового гурмана пришлось съесть один пирожок с горохом.

…Всем знакомым при встрече говорил с гордостью:

– У меня призвание быть учителем, а каким именно – физики или математики – для меня не важно и второстепенно.

Не знаю, как у других, но лютый враг таких моих простых наслаждений – это мысли и планы на будущее. В каждый данный момент я живу в будущем, иногда в близком, а иногда в очень отдалённом.

Мои мысли о будущем в основном приятные, особенно перед сном. Может, потому я люблю больше будущее, чем настоящее.

С прошлым дело обстоит совсем по-другому.

Чем дальше в прошлое, тем грустнее воспоминания.

В то дождливое воскресенье поздно вечером перед сном я выключил свет и сел на табурет рядом с кроватью. Только в такие минуты я бывал с собой абсолютно откровенен. Я не знал, что и зачем делаю, а делать что-то был обязан.

В эти минуты я понимал, что за моими собственными словами об учительстве не стояло ничего конкретного и от души желаемого.

Я лишь готов был воевать. И обязательно победить.