Учитель

И когда этот комплекс будет построен, остаётся неизвестным по сей день.

Но туалет мы с Октавианом всё-таки возвели. Выкопали глубокую яму, положили пол с аккуратной квадратной дырой, так как на круглое отверстие в полу подходящего инструмента не было, и подняли три стены. На крышу и дверь не хватило досок. В первые два дня эксплуатации сооружения внутри него ещё жили запахи свежей древесины, потом, правда, переросшие в унылые ароматы сельской глубинки. Многократно впоследствии наслаждался я нашей работой.

Поражало внутреннее торжественное убранство и смелый дизайнерский интерьер туалета, скромно и в то же время дерзко, но со вкусом выстроенного.

Отсутствовавшая дверь и крыша нашего туалета были повёрнуты в тёмную сторону планеты. В ясную ночную погоду, глядя из постройки, я любил мечтать о межгалактических полётах и наблюдать за звёздами на абсолютно тёмном небосводе. Поэтому вскоре необходимость в двери и в крыше была признана нецелесообразной. Лишь в дождливую погоду вопрос о её целесообразности всякий раз остро вставал на повестку дня.

Но почему-то всегда получалось, что дождь прекращался до решения вопроса о крыше.

На планирование и строительство туалета ушло много времени. Только к концу сентября я осознал, что являюсь учителем и в классе меня ждут вполне реальные ученики, которые желают знать всё.

ЗАЛЁТЫ СОКОЛИКА

Ущипнул я себя. Вроде больно. Хотя могу и сильнее, если захочу. Но это совершенно не доказывает того, что я не сплю.

Это вообще ничего не доказывает. Потому что у меня во сне, бывает, происходит один сон в другом. Мне может сниться первичный сон, а в нём другой – вторичный, ещё более интересный.

Об этом я пишу так подробно, потому что во вторник, 7-го октября 1975 года, я вроде бы своими глазами видел, как в школе на хуторе Замогила второй раз в этом учебном году появился наш директор Леопольд Францевич. Поначалу я не понял, был ли это сон или это была явь.

Данных для глубокого анализа этого события явно не хватало, следовать простой логике в Замогиле и её окрестностях не рекомендовалось, поэтому я бросил монету, и вышло, что это был не сон.

Впрочем, был ли это сон или всё случилось наяву, я до сих пор точно не знаю. А может, весь тот год в Замогиле мне просто приснился?

Сам по себе факт прихода директора в школу, каким бы редким он ни был, не вошёл бы в книгу рекордов Гиннесса.